– А что во втором ящике?
– Портативный акустический передатчик, магнитофон и набор подводных микрофонов.
– Планируешь устроить подводный концерт?
– Скорее, подводный звонок к обеду. Давай оставим оружие в вертолете. А звуковую аппаратуру спрячем на корме.
Втащив общими усилиями ящик, они заперли его в одной из кладовок возле А-рамы.
– Мак, а теперь давай поговорим. Что ты задумал?
Мак уставился на береговую линию:
– Объясни мне, почему ты так упорно ищешь смерти?
– Ищу смерти?
– Не держи меня за идиота.
– Значит, ты решил, будто у меня суицидальные наклонности лишь потому, что я прыгнул за тем курсантом? А что еще оставалось делать? Просто стоять и ждать, когда его сожрут?!
– Ты не просто прыгнул вслед за ним, а сделал это с какой-то безудержной импульсивностью, словно тебе было глубоко насрать, выживешь ты или умрешь. – (В ответ Джонас лишь сплюнул в море.) – Джонас, я узнаю симптомы. Я сам через это прошел. У тебя классический комплекс вины спасшегося.
– У меня уже есть психиатр.
– Считай, что теперь у тебя их двое. Похоже, ты запамятовал, что в свое время я тоже прошел через такое во Вьетнаме.
– Как можно сравнивать?
– Эй, приятель, никто добровольно не останется на третий срок, если у него мозги не набекрень. На третью неделю в джунглях я привел взвод прямиком в засаду косоглазых. Потерял больше половины своих людей. И ел себя поедом, совсем как ты сейчас. Черт, я снова и снова, тысячу раз, проживал ту ночь во сне!
– А тебе до сих пор снятся эти сны?
– Время от времени, но уже не такие страшные. И я больше не просыпаюсь от собственных криков. – Мак положил руку Джонасу на плечо. – Тебе пришлось пройти через то же дерьмо, что и мне. Правда, ты объявил войну этой твари. Но она, само собой, об этом не знает, поскольку, в сущности, это всего лишь тупое животное с развитым инстинктом самосохранения. А вот ты, блин, у нас одержим жаждой мести, словно какой-нибудь хренов капитан Ахав! [148] Все последние одиннадцать лет ты казнишь себя за потери, понесенные из-за этого монстра, и не успокоишься, пока его не прикончишь.
– Вот уж не думал, что сеансы психотерапии в дурке так многому тебя научили.
– Тебе все шуточки. Да ради бога! Только не торопись вот так запросто швыряться собственной жизнью. И если ты сейчас за деревьями не видишь леса, это отнюдь не означает, что тебе не удастся найти выход. Лично мне удалось, а я был в полной заднице.
– Я знаю, каким будет выход. Видел во сне свой конец…
– Джонас, это всего-навсего ночные кошмары. Мне тоже постоянно снилось, будто меня убивают. Не делай из себя жертву рокового пророчества.
– Поверь, я и не пытаюсь.
– Брехня! – Мак шутливо похлопал Джонаса по голове. – А когда ты прыгал, чтобы спасти того курсанта? Кем ты себя возомнил? Долбаным Бэтменом?
– Согласен, – улыбнулся Джонас. – Это было малость рискованно.
– Ага, самую малость. Ладно, вернемся к твоим ночным кошмарам. Как там все происходит… Я о твоей смерти.
Джонас пристально посмотрел Маку в глаза:
– Я в «Эбис глайдере». Спускаюсь в Марианскую впадину. По какой-то непонятной причине ищу там Терри.
– Терри во впадине?
– Да. И она умирает вместе со мной сразу после того, как я нахожу ее. – (Мак бессильно опустился на палубу.) – Ну что еще?
– Я как раз собирался тебе сказать. Когда я заезжал в институт за твоими игрушками, мне сообщили, что у Масао случился тяжелый сердечный приступ.
Кровь отлила от лица Джонаса.
– Когда?
– Вчера днем. Садия обнаружила Масао без сознания на полу кабинета. Они отвезли его в больницу Салинас-Валли. Доктора говорят, состояние стабильное, но когда я заскакивал его навестить, он все еще был без сознания. И выглядел, мягко сказать, неважнецки.
– Мне нужно позвонить в больницу… Кто-нибудь уже поставил в известность Терри? – (Мак поспешно отвел глаза.) – Что-то еще?
– Да, кое-что есть. – Мак побледнел. – Перед самым приступом Масао узнал, что твоя жена спустилась в Марианскую впадину вместе с Бенедиктом Сингером. Она на борту «Бентоса».
Джонас выглядел так, будто ему дали под дых. Он закрыл глаза и как-то сразу обмяк.
– Джонас, с ней все будет в порядке.
Джонас покачал головой:
– Мак, начинается. Мои ночные кошмары уже происходят наяву, словно какое-то странное дежавю. Мы с Терри оба погибнем во впадине. Появится эта тварь и…
– Расслабься, приятель.
– Ведь я просил Терри этого не делать. Черт побери, я умолял ее! – начал распаляться Джонас.