Джонас склонился над пленным:
– Гарри, тебе следовало бы знать, что такое Огненное кольцо. Это базовые знания для человека, который, по идее, имеет за плечами опыт работы в области океанографии. Я навел справки с помощью своих друзей из Вудс-Хола. Оказывается, ты не имел никакого отношения ни к институту, ни к программе СОСУС. Фактически ты получил назначение за несколько часов до отхода судна, когда настоящий старпом при загадочных обстоятельствах покинул город, чтобы решить семейное дело.
Гарри, с вытаращенными глазами, начал бормотать нечто нечленораздельное.
– Что он говорит? – Мак включил лебедку на реверс, веревка натянулась, поставив Гарри на ноги.
– Кажется, он говорит, что забыл полотенце. – Джонас сорвал скотч с губ Гарри.
Гарри выплюнул кляп:
– Это не я, Богом клянусь! Не делайте этого…
– Тебе придется постараться, так как этого явно недостаточно, – сказал Мак, столкнув Гарри за борт.
Джонас отпустил тормоз.
Гарри с пронзительным криком нырнул ногами вперед в Тихий океан. От ледяной воды перехватило дыхание. Гарри стало затягивать в черную океанскую пучину. Соленая вода заливалась в рот, холодные волны обжигали кожу так, словно в тело воткнулись тысячи острых ножей. Веревка вокруг талии сперва натянулась, рывком повалив Гарри на бок, затем поднялась до подмышек, сжав словно тисками, а судно тем временем продолжало тащить его за собой на глубине четырех футов.
Судорожно извиваясь всем телом, Гарри схватил веревку связанными руками, чтобы выбраться на поверхность. Мышцы как будто налились свинцом, тело содрогалось в конвульсиях.
Не в силах пробиться сквозь поверхность бурного моря, Гарри отпустил веревку и снова ушел под воду. Бороться было бесполезно, он понял, что вот-вот утонет. Гарри уже начал терять сознание, но тут веревка, безжалостно впившись в тело, выдернула его из воды.
Мак, перегнувшись через борт, втащил Гарри на палубу.
Гарри плюхнулся на доски. Он ловил ртом воздух, точно выброшенная на сушу рыба, и дрожал всем телом.
– В следующий раз мы обрежем веревку, – предупредил Мак.
– Погодите… – прохрипел Гарри. – Я из Ц… ЦРУ.
Джонас с Маком переглянулись:
– Брехня!
– Это правда. Отведите меня внутрь, чтобы можно было согреться, и я вам докажу.
– Доказывай прямо здесь.
Мак швырнул Гарри шерстяное одеяло, и тот поспешно накинул его на плечи.
– Сотовый телефон, который я тогда дал Джонасу, – в нем был встроенный миниатюрный микрофон и передатчик. Я прослушивал его разговоры с Селестой Сингер. Ты рассказал ей об Ущелье дьявола…
– Я рассказал?!
– В больнице. Голос у тебя был как у пьяного. Похоже, она накачала тебя наркотиками.
– Сучара…
– А что такое Ущелье дьявола? – заинтересовался Мак.
– Место в Марианской впадине, где одиннадцать лет назад я пилотировал «Си клиф». Что такого важного в этом месте, если Селеста пошла на то, чтобы меня опоить, а ты был готов меня убить?
– Селеста пригласила тебя принять участие в экспедиции исключительно ради того, чтобы выведать координаты этого места. – У Гарри зуб на зуб не попадал. – Я понял, что она подобралась совсем близко. Обрезав канат «Зодиака», я хотел помешать тебе выболтать секретную информацию.
– Говорил я тебе, что этой гадине явно что-то нужно от тебя, – сказал Мак. – Я вот что предлагаю. Давай не будем отдавать его под арест. Лучше скормим этот кусок дерьма рыбам.
– Погоди. – Джонас встал на колени, лицом к лицу с Гарри. – Что такого важного в Ущелье дьявола?
– Вот этого я не могу тебе сказать… – (Мак запустил лебедку.) – Ладно, подождите… Я скажу. Но только потому, что нам может понадобиться ваша помощь.
– Сперва ты хотел меня убить, теперь вдруг просишь о помощи? А у тебя, мистер, оказывается, стальные яйца.
– Хотя они уже наверняка начинают синеть, – вставил Мак.
– У Бенедикта Сингера твоя жена, – сказал Гарри. – Если хочешь ее снова увидеть, советую меня развязать.
Словно летающая тарелка, которая спускается с затянутого облаками ночного неба, «Бентос» снова пробился сквозь слой сажи, оказавшись в потайном уголке подводного царства Марианской впадины. Красные огни озаряли лес зазубренных «черных курильщиков», выбрасывающих грибовидные облака минералов и перегретой воды. Эти дымовые трубы возвышались более чем на восемьдесят футов над древним океанским ложем.
Бенедикт Сингер нависал над профессором Гуанем, с нетерпением ожидая результатов газовой хроматографии.