В течение последних четырех часов она наблюдала за тем, как вакуумная труба «Эпиметея» втягивает марганцевые конкреции и осадки с морского дна мелового периода. Что на таких глубинах было чрезвычайно сложно. Для того чтобы затянуть в трубу кубический фут породы при давлении воды 16 000 фунтов на квадратный дюйм, мотор мощностью 1000 лошадиных сил работал ровно четыре минуты. После чего процесс всасывания останавливался, и один из членов экипажа вынимал бесценные камни из герметичной камеры под аппаратом, а другой тем временем проводил техническое обслуживание оборудования.
Месторождение оказалось таким обильным, что команда еще час назад забила все имеющиеся емкости камнями. Но Бенедикт не позволил подводному аппарату вернуться на «Бентос». И теперь весь проход был заставлен десятигаллонными бадьями, доверху наполненными камнями, так что капитану приходилось пробираться к пульту управления, перелезая через камни.
Уже в сотый раз, точно мантру, Терри повторяла в уме порядок действий при пилотировании. Закрыв глаза, девушка представила, как сегодня ночью проберется в стыковочный шлюз, проскользнет в подводный аппарат и задраит за собой люк. Потом за несколько минут освободит аппарат от стыковочных захватов, после чего Бенедикт уже не сможет помешать побегу. Сперва она выведет «Эпиметей» из подбрюшья «Бентоса» и быстро пройдет через гидротермальный слой, чтобы поскорее убраться из ареала мерзких тварей. Затем направится на запад, оставаясь на глубине четыре тысячи футов во избежание встречи с «Голиафом», и наконец поднимется на поверхность в районе цепи Марианских островов, где и сядет на мель. Мысленно она уже представляла себе, как вылезает из люка подводного аппарата и видит перед собой тропический остров. Оставив аппарат на мелководье, она побредет к берегу, солнце будет окутывать ее теплыми лучами, ночной кошмар останется навсегда позади…
Она очнулась от треска радиопередатчика.
– Капитан, «Голиаф» обнаружил одинокий биологический объект, который движется в вашем направлении. Но для кронозавра он слишком велик. Расстояние шестнадцать километров, и оно быстро сокращается.
У Терри отчаянно заколотилось сердце. Одинокий крупный биологический объект – это мегалодон!
– Какие-нибудь указания Бенедикта имеются? – спросил капитан.
– Он хочет, чтобы мы продолжили добычу конкреций. «Бентос» зависнет прямо над нами.
– Сообщите на «Бентос», что мы уже забиты под завязку, – сказал капитан.
– Приказ Бенедикта – продолжать добычу конкреций, – ответил радист.
Три кронозавра окружили на безопасном расстоянии странное существо, оценивая добычу. Почувствовав приближение огромного «Бентоса», кронозавры разделились. Самец и молоденькая самочка пошли на сближение, чтобы увести добычу подальше от большого существа и подманить ее к взрослой самке, которая осталась кружить во тьме.
«Бентос» опустился глубже. «Эпиметей» оказался у него под брюхом, между тремя похожими на колонны свисающими опорами, которые уперлись в дно. Глубоководный стыковочный узел в ста футах от подводного аппарата раскинул похожие на крылья захваты, готовые поднять подводный аппарат и завести его в герметичную камеру наверху.
Четыре импульсных источника света на корпусе «Бентоса» пронзили темноту, словно луч маяка.
Терри уставилась на вертикальный столб света. В пятидесяти футах от иллюминатора она увидела неожиданно закружившиеся в возникшем водовороте осадочные породы.
И не успела Терри опомниться, как два кронозавра с размаху ударились головой в правый борт «Эпиметея», накренив судно на левый борт.
Терри закричала. Повалившись в кромешной тьме навзничь, она приземлилась на бадью с марганцевыми конкрециями. Кто-то из членов экипажа упал на нее сверху, прижав ее ноги к шершавым камням.
– Прекратить добычу! – приказал капитан. – Сбросить балласт…
Подводный аппарат выровнялся, в кабине загорелись аварийные красные огни.
Терри, застонав от боли, попыталась сесть. Вытащив ноги из-под бесчувственного тела упавшего на нее мужчины, она осторожно поднялась. На голову упала капля воды, просочившейся сквозь титановую обшивку.
Боже мой!
«Эпиметей» поднялся со дна прямо в чрево «Бентоса»; стыковочные захваты завели коническую рубку подводного аппарата в шлюз.
Бенедикт следил за подъемом рубки в стыковочный шлюз с безопасного расстояния: из защищенного восьмидюймовым лексаном окна в диспетчерской шлюза. Латунные уплотнители зафиксировали вертикальный руль подводного аппарата, а доковые захваты поставили «Эпиметей» в фиксированное положение.