– Напуганы? – хмыкает Джошуа.
Кем этот парень себя возомнил? Психиатром китообразных?
– Думаете, я шучу?
– А что еще можно сказать, если вы буксируете косатку на глубину, а проклятый кит тащит лодку обратно на мелководье? Знаете, как я это называю? Напрасной тратой денег налогоплательщиков. А сейчас мы их просто усыпляем. Так будет быстрее и чище. У меня тут подъемный кран и два мусоровоза, которые круглосуточно вывозят туши.
– О каком количестве животных идет речь?
– О тридцати в день, плюс-минус.
– Боже мой, я понятия не имел, что дела настолько плохи!
– Потому-то мы и хотим, чтобы все было шито-крыто. Эти выбрасывания на сушу отнюдь не способствуют развитию туризма.
– А туши? Куда вы их вывозите?
– Этого вам лучше не знать. Скажем так, у нас ничего не пропадает.
– Коммандер, если вы уничтожите вещественные доказательства, как я установлю причину бедствия?
– Причину? – морщится Сутера. – Мы знаем причину.
Они подходят к туше горбача, верхняя часть тела которого накрыта брезентом, а нижняя часть и хвостовой плавник лежат в воде.
Сутера машет рукой. Двое его людей откидывают сырой брезент.
Джошуа бросает в дрожь.
Чудовищная рваная рана шириной восемь с половиной футов, глубиной четыре-пять футов. Точки запекшейся крови – следы от зубов – окружают смертельный укус.
– Как такое могло случиться? Я хочу сказать, что, ради всего святого, тут произошло? Одним словом, я знаю… э-э-э… кто способен такое сделать, но…
– Никаких «но». Она вернулась. Проклятый монстр вернулся и наводит ужас на местные популяции китов.
– Невероятно! – Не в силах отвести взгляд от зияющей раны, Джошуа с трудом подавляет приступ тошноты. – А кто-нибудь видел мегалодона своими глазами?
– Пока нет. Мы держим ситуацию под контролем. Если публика узнает, что монстр вернулся в наши воды, то все – пиши пропало. Сразу потеряем половину нашей индустрии туризма.
Джошуа отворачивается, вонь становится невыносимой. Устремив взгляд в сторону моря, он обнаруживает, что мелководье покрыто бурыми пятнами крови китов, а поверхность моря испещрена темными спинными плавниками.
Вот наконец-то проект, который поможет мне выбраться из этой глуши.
– Ладно, коммандер, но меня-то вы зачем вызвали?
– Вы единственный, кто хоть как-то может сойти за специалиста по мегам из всех, кого мы могли вызвать в пожарном порядке. Мы хотим, чтобы вы выследили и убили это чудовище, пока оно не отогнало всех китов от нашего побережья.
– Убить Ангела? Такое великолепное животное?! Ни за что!
– Тогда просто прогоните ее отсюда! Мне начхать, что вы собираетесь делать, лишь бы она убралась из наших вод.
– Если даже допустить, что ваше предложение меня заинтересовало, как, по-вашему, я смогу это сделать?
– Мы имеем дело с рыбой, сынок, хотя и очень большой. Мы знаем, где она предпочитает охотиться, знаем, что она кормится по ночам… Ну а остальное постарайтесь додумать сами.
Арафурское море
52 морские мили к юго-западу от Папуа – Новой Гвинеи
Кают-компания «Нептуна», расположенная в кормовой части судна, занимает бо́льшую часть передней батарейной палубы. Длинные деревянные столы в три ряда с приставленными скамьями прикручены к дощатому настилу за якорной цепью, которая тянется до шпиля. С шестов свисают реплики старинных масляных светильников, но с электрическими лампочками. Алюминиевые столы для буфета установлены у дальней переборки, возле раздаточного окна в камбуз. Через открытые настежь орудийные люки в помещение поступает свежий морской воздух, несколько смягчая эффект клаустрофобии.
Джонас с Дани сидят за одним столом с Эриком Холландером и его выпускающей бригадой, остальные члены съемочной группы – за другим, команда «Нептуна» – за третьим.
Джонас смотрит, как Дани лениво возит по тарелке цыпленка с рисом:
– Тебя все еще тошнит?
– У меня все прекрасно.
– Тогда что не так?
– Просто это не то, что я ожидала. Когда ты говорил, что мы поплывем на яхте, я рассчитывала на судно, где есть джакузи.
– Как?! Тебе не нравится мой галеон? – (Повернувшись, Джонас с Дани обнаруживают прямо у себя за спиной капитана корабля.) – Роберт Робертсон, капитан «Нептуна». Невысокий человек с военной выправкой и коротко стриженными светлыми волосами протягивает Джонасу свободную руку, с трудом удерживая в другой поднос с едой. – Очень рад наконец-то с вами познакомиться, доктор Тейлор.