—…Я считаю, был сговор. Зам. министра ВД России получил много сигналов о подготовке боевиков. В ответ на это он дал указание 6 августа рано утром выехать милиции из города для проверки паспортного режима в районах. Блокпосты, оставшиеся в Грозном, попрятались в укрытие. Боевики парадно вернулись в свою столицу. Лишь охрана правительства — чеченцы и некоторые райотделы — тоже чеченцы пытались оказать сопротивление. Боевики сожгли здания верховного суда, прокуратуры, министерства юстиции, уничтожили все документы.
Полгода назад боевики уже занимали Грозный, но их быстро выбили, я ждал, что и на этот раз будет то же. Но нет. Сговор.
2 сентября я тайком покинул Чечню. А 3-го в наш дом ворвались на двух машинах боевики.
— Где прокурор? Если не выдадите, шарахнем гранатометом.
И потом, в Москве меня продолжали искать, предлагали вернуться добровольно.
По жестокости, беспределу, по беззаконию обе армии друг другу не уступали.
Проверка
Как только оккупационные войска отступили, теперь уже вернувшиеся в столицу чеченские хозяева просят Москву о том же, о чем просил Асаев: «…Мы имеем достоверные сведения о том, что бывшее правительство Завгаева Д. при содействии заинтересованных чиновников правительства РФ продолжают до настоящего времени расхищать выделенные финансовые средства на восстановление экономики и социальной сферы Ч.Р….»
Счетная палата Государственной думы проверила тот самый 1995 год, когда власть контролировали федеральные силы.
Прибывшие в Чечню инспектора обнаружили:
Выделение средств осуществлялось с нарушением порядка ведения кассовых операций, с нарушением расходовались средства резервного фонда правительства республики. В ряде случаев средства выделялись на безвозвратной основе коммерческим структурам.
Компенсационных выплат использовано не по целевому назначению 73,98 млрд. рублей.
Хищения в подрядных организациях нанесли ущерб в 4,8 млрд. руб.
На государственном предприятии «Фармацевтический импорт для экстремальной медицины» использовано не по целевому назначению 4,2 млрд. руб.; в республику поставили ненужного оборудования и медпрепаратов с просроченными сроками годности на 2,2 млрд. руб.
И т.д. и т.п. В итоге: на 17 октября 1995 года было незаконно израсходовано 4545,1 млрд. руб. С 18 октября и до конца года — аж 11.245,7 млрд. руб.
Вывод Счетной палаты Госдумы: «Одной из причин выявленных нарушений явилось невыполнение должностными лицами Министерства финансов РФ трехсторонних соглашений в части контроля за фактическими затратами, обоснованностью их размера, целевым использованием средств и деятельностью банков».
Так что кровавая бойня, то затухая, то разгораясь вновь, закончилась в срок, и боевики почти без боя вернулись в Грозный — в срок, когда чиновники-столоначальники обеих столиц уже достаточно наворовались и сказали себе: хватит.
Не в силе Бог, а в правде
Почему мы выигрываем великие кровопролитные войны — с Наполеоном или с Гитлером и проигрываем малые — Афганистан, Чечня, да и подзабытую уже финскую кампанию проиграли?
Академик Александр Панченко ответил на это:
— Потому что не в силе Бог, а в правде.
Мы побеждали только в праведных войнах.
По Астафьеву, если бы не войны и не самоистребление, нас сегодня в России должно было быть 600 миллионов. Эти выводы писателя слишком лабораторны. Мы и сегодня даже четверть этого числа прокормить не можем.
Я знаю, как покончить с военными экспериментами. Рецепт не нов. Нужно, чтобы при каждой военной затее полководцы, главнокомандующие отправляли впереди других своих детей. Сына или зятя — туда, на место боя, и дочь — туда же, медсестрой. Я представляю, как дочь-имиджмейкер перевязывает раненого в поле или в госпитале. Весь мир видел бы, что президент — вместе с Россией и народу своему желает того же, что самому себе. Лучшего имиджа не придумать.
И еще. Выводы, которых мы никогда не делаем.
Вы думаете, надо объявлять об аресте Басаева? Да он сам первым придет на скамью подсудимых, если будет знать, что по другую сторону скамьи сядут все силовые министры России, все те, кто эту войну затеял и одобрил. Полководцы, отдававшие приказы убивать, вполне могли быть судимы уголовным судом — за бессмысленную гибель тысяч русских и чеченцев. Главнокомандующему, который не ведал, что творил, хотя бы извиниться за все, что произошло. Никто за столетия геноцида вины своей публично не признал — ни цари, ни партийные вожди.