- Смотри туда, - закричал Кащи, - вон там внизу, видишь?
- Что там?
- Люди с кожей цвета мрака.
- Потомки выживших с Деи?
- Они самые.
- Никогда не видел людей с такой темной кожей, - задумчиво произнес Дагор, отмечая про себя, что до вчерашнего дня он видел лишь светлокожих людей. - Но что они здесь делают?
- Всем жителям Галактики дарована возможность оказаться здесь, - пожал плечами Кащи, а Дагор внимательно вгляделся в лица, насколько позволяло расстояние и сидящие люди.
От них исходила чернота.
- Они чёрные, - воскликнул Дагор.
- Конечно, чёрные, как и все жители Деи, - рассмеялся друг.
- Я не о том, - отмахнулся Дагор, - от всех находящихся в зале идёт золотой свет, а от них чёрный.
- О чем ты говоришь? Нет никакого света. – смущенно произнес Кащи. Он казался потерянным, так как не видел того, что Дагор. Еще во время их знакомства, на платформе, когда отзывчивый парень лечил ногу, Кащи поведал, что всегда попадает в неловкие ситуации, над ним часто надсмехаются и сторонятся его общества. Дагор чувствовал его боль от одиночества так же, как и свою, потому что и сам всегда был одиноким, несмотря на постоянное общение с людьми.
Дагор огляделся вокруг, чётко наблюдая, как от каждого сидящего на трибуне исходит золотое сияние, которое тонкой струйкой устремляется наверх, а от жителей Деи шёл черный и плотным полотном стелется понизу. Пока Дагор не увидел чернокожих потомков Деи, от которых лился четный свет, был убежден, что эффект сияния усиливает именно стадион. Парень и раньше видел свечение людей: не только золотое, но и других цветов и лишь здесь, на древней космической станции, он наблюдал и ощущал его так сильно, как никогда прежде. Дагор был уверен, что все его видят так же отчетливо, как и он сам.
Сказать ничего не успел, потому как на центральной сцене появился Хранитель с приветственной речью. Люди на трибунах ликовали, и Дагор вскочил на ноги, как и все, чтобы поприветствовать Хранителя, краем глаза отметив, что чёрный полог, окутывающий потомков жителей Деи, стал плотнее, а остальные засияли золотом ярче. Но вот проходит мгновение, и чернота сменяется на такое же золото, которое быстрым потоком устремляется к куполу.
Довольный увиденным, он обратил все свое внимание на происходящее на трибуне, благоговейно вслушиваясь в речь Хранителя, под ногами которого сияла священная руна, значения ее Дагор не знал. Парадное одеяние выступавшего - длинная до пола белая рубаха, украшенная красным орнаментом, подпоясанная ярким обереговым поясом – говорило о том, насколько значимы Великие Ментальные Игры для всех галактик.
Дагор, еще будучи мальчишкой, мечтал стать хранителем, как и все его сверстники. Чувствовал что может, но… страшная катастрофа разделила его жизнь на "до" и "после". Он ясно вспомнил тот день, когда прибыл с родителями на космическую станцию. Они должны были отправиться сюда, на межгалактический стадион, на открытие Великих Ментальных Игр. Но случилось нападение Серых, платформу уничтожили, и все, кто на ней был в тот момент, в панике разбежались по вайтманам. Он слышал голос мамы и собрался броситься к ней, но вдруг увидел свечение, исходящее от лежащего на земле человека. Свет был ярким, но быстро угасал. Мужчина был тяжело ранен. Повинуясь какому-то порыву, он, будучи несмышлёным ребенком вместо того, чтобы бежать на голос мамы, рванул в обратную сторону к тяжелораненому человеку. Нужно было срочно коснуться его. Во что бы то ни стало. Вокруг раздавались выстрелы, взрывы, крики людей, где-то далеко на краю сознания он слышал отчаянный зов матери, но это все было неважно. Важным стало прикосновение к тому человеку, сияние которого стремительно гасло. И Дагор успел. Взрывной волной его отбросило прямо к раненому, мальчик вцепился в него дрожащей рукой, и через мгновение сияние усилилось, потом стало ярче. Дагор держался за незнакомца до тех пор, пока он не засиял в полную мощь.
С тех пор своих родителей Дагор больше не видел. Как и того сияния. Мальчика, живого и невредимого, нашли без сознания под грудой искорёженного металла... Рядом никого не было. Спустя годы он корил себя за то, что поддался минутному импульсу, считал, ему все показалось и никакого сияния никогда не существовало. Все померещилось. Родителей Дагор так и не нашел.
- Ты все еще видишь то сияние? - ворвались в его сознание слова нового друга, как только Хранитель закончил речь и трибуны разразились очередной волной ликования.
- Да, а ты разве нет?
- Хотелось бы, но нет.
- Что это такое?
- Энергетические потоки, - кратко пояснил Кащи. - Ты видишь, куда они идут?
Внезапный интерес друга к этому явлению порадовал Дагора, ведь в детстве, когда он впервые заговорил о том, что видел сияние, мальчику сказали, будто это ерунда и выдумки, результат пережитого стресса и потери родителей. Сейчас, во время открытия Игр и после прихода Хранителя юноша снова видел свет, так же явно, как и тогда. Но… возможно это был эффект магии Хранителя и, значит, все присутствующие на трибунах должны видеть…