— Никого у меня нет, Варь, — выдохнул Михаил.
— Как нет? Совсем?
— Ну, не совсем. Родня моя с другой стороны страны.
— А дети?
— Сын у меня был. Погиб.
Варвара Фёдоровна, шокированная от такого откровения, тяжело села на стул, стоящий у кровати, и замолчала.
— Да, Варь. Сын погиб, жена умерла, родственники далеко. Нет у меня никого.
— Так, всё, — взяла себя в руки Варвара. — Теперь у тебя есть я. Как добрая соседка. И завтра жди от меня хороший обед, а то заморят тебя тут голодом, я их знаю.
— Только как соседка? — хитро прищурился Михаил.
— Значит так. Ты лечи перелом, а о том, кто я, просто соседка, или не просто, поговорим потом.
— Согласен.
Варвара Фёдоровна взглянула в эти добрые, необычного синего цвета глаза и улыбнулась. Страшно было себе признаться, но Миша ей понравился. Очень понравился.
Целую неделю Варвара Фёдоровна неустанно навещала Михаила в больнице, принося свежую домашнюю еду. А потом Мишу выписали домой долечиваться, и Варваре стало немного легче, никуда бегать не надо, да и намного приятнее проводить вечера в домашней обстановке.
* * *
К своему юбилею Варвара Фёдоровна особо не готовилась. Во-первых, день приходился на экзамен в институте, а во-вторых… Во-вторых, дети сказали, что тоже не смогут. Вот только Михаил Васильевич никуда не сможет деться со своим гипсом на всю ногу.
По дороге домой Варвара заскочила в магазин, купила немного полуфабрикатов и тортик. Как же юбилей и без тортика? Она добрела до своего дома, прошла в калитку и замерла, прямо с пакетами в руках. Во дворе уже стоял накрытый стол, а из колонок заиграла праздничная песня, что-то про день рождения. Варвара Фёдоровна не вслушивалась в слова, ей было важнее, что кто-то приготовил ей такой замечательный сюрприз на день рождения.
Она подошла ближе, кинула пакеты на лавку и повернула голову к дому. В веранде стояли все её трое детей и Михаил Васильевич, опирающийся на костыли.
— С днём рождения! С днём рождения! С днём рождения!
Дети спустились со ступенек и принялись обнимать свою мамочку, а Варвара Фёдоровна не смогла удержаться и разрыдалась. От счастья.
А у калитки стоял потрёпанный жизнью старичок с заросшим лицом, но с прекрасным букетом красных роз, среди которых затаился один розовый бутон чайной розы. Старичок посмотрел на счастье, кружащееся во дворе Варвары Фёдоровны, своей бывшей жены, положил букет на лавку и ушёл в неизвестность.
Цвет огня
Алан первым пробирался сквозь заросли ночного Ураторийского леса, прорубая себе путь острым мечом. Пахло сыростью после вчерашнего дождя и почему-то сеном. Где-то испуганно ухали совы, изредка слышалось похрустывание сухих веток, но сквозь кромешную тьму ничего не было видно. Ронни шёл следом за товарищем, прикрывая тыл.
Алан и Ронни были знакомы с детства и привыкли все проблемы решать сообща. Вот и сегодня они отправились в лес на поиски цвета огня, чтобы исцелить Лиану, девушку Алана, от разрушительного действия магии одной злой ведьмы.
Дорога была довольно сложной и опасной, то и дело приходилось прислушиваться к шумам, чтобы не попасть в зубы волкулаке. Небольшой светлячок, служивший друзьям указателем, летел впереди, освещая ограниченный круг под собой, но этого было достаточно, чтобы не переломать себе ноги раньше времени.
— Ронни, — устало сказал Алан, — тебе реально не стоило идти со мной. Вот зачем тебе эти лишние проблемы?
— Мы друзья или кто?
— Друзья, конечно.
Алан остановился, и Ронни стал рядом. Светлячок тоже завис над их головами, и два друга стали похожи на старинные статуи из музея.
— Поиск огненного цветка — очень опасное занятие, — продолжил Алан.
— Я знаю, именно поэтому пошёл с тобой. Тебя ждёт Лиана.
— Ты не обязан рисковать собою ради меня.
— Ты тоже не обязан был рисковать, когда спас меня от смерти. Тебя ждут дома, а… меня уже некому ждать. Пошли дальше, немного осталось.
Спустя полчаса они увидели впереди красное зарево, пробивающееся сквозь плотные заросли. Друзья, откуда и взялись силы, рванули вперёд и выбрались на небольшую опушку, в центре которой горел вечный огонь.
— Это здесь, — воодушевлённо сказал Алан и подошёл ближе к обжигающему пламени.
Внутри огня виднелся огромный бутон, который распускался каждую ночь и имел чудодейственную лечебную силу, только он мог спасти Лиану от скорой смерти. Алан сел прямо на землю, чтобы дождаться того самого момента, а Роберт нетерпеливо нарезал круги по опушке, то и дело посматривая в темноту окружающего леса.