Мастер Дин смотрел на обломки родного города, не испытывая ни грусти, ни ностальгии. Ему просто нужен был подходящий фон для размышлений.
- О чём ты думаешь? - Совсем по-женски спросила Аннабель, изучая мрачный пейзаж - прежде она видела эти земли только из кабины авиона.
- О силе человеческой мести.
F-Lock, штамм Армагеддона, быв выпущен из лаборатории по воле одного человека, став самым масштабным возмездием в истории Земли. Первым принимая смерть от своего детища, нанотехнолог Алексей Финаев был уверен - вскоре весь вид Homo Sapiens последует за ним. И он оказался почти прав. Нановирус, первоначально разработанный - о, вселенская ирония! - для борьбы с крысами, не знал преград. От него не спасали вакцины, его не могли остановить никакие фильтры и системы очистки. Спастись можно было только в герметичном бункере с независимым запасом воздуха и воды, но таких никто не успел построить - даже самые современные и надёжные атомные убежища осуществляли воздухозабор из внешней среды. Всего за месяц бесконечно плодящиеся колонии наномашин накрыли незримым облаком всю территорию России, первичного очага заражения. И тогда наступило безумие.
Новый помнил эти дни ясно и чётко, не смотря на столетия тишины и забвения: выйдя на улицу, можно было с лёгкостью угодить под автобус, ведомый скалящейся образиной, или нарваться на нож слюнявого психопата, бормочущего под нос: "Аве Мария". Вирус поражал исключительно людей, ориентируясь по специфической структуре ДНК, и воздействовал непосредственно на головной мозг, в первую очередь - на неокортекс. Многие, очень многие погибали сразу; из оставшихся 10-15% часть вначале деградировала до звериного состояния, иные же сходили с ума, когда их личностные черты, память, бессознательные порывы оказывались перемешаны в чудовищный коктейль. Иммунных не было. Один за другим вспыхнули десятки локальных конфликтов: обезумившие политики, у которых болезнь обострила застарелую паранойю, наперебой обвиняли в случившемся другие страны, а вымирающее население готово было кинуться в бой с кем угодно, лишь бы заглушить глас безысходности. Наносились атомные удары, хотя до полноценной Третьей Мировой дело так и не дошло - некому стало нажимать на кнопки за пультами ракетных баз...
- Раньше всё было иначе. - произнесла Анна без вопросительных интонаций. Она уже достаточно знала об истории своего мира, чтобы понимать общую картину.
Дин кивнул.
- Они никогда не примут преобразование.
- Я ведь приняла.
Он с улыбкой коснулся её лица.
- Ты никогда не была частью этого социума. Лёгкая форма аутизма и социопатия - в нынешнем примитивном обществе такие дети обычно не выживают. Тебе повезло родиться в монаршей семье, единственной наследницей трона. Потому я и заинтересовался тобой. Но это уникальный случай - даже у твоего рыцаря почти не было шансов.
Девушка неопределённо повела головой. Она ещё помнила себя - прежнюю, но былые чувства уже начали блёкнуть и выцветать. Человек не мог ужиться в одном теле с Новым, а прошедшие трансформацию не были склонны к сантиментам.
- Он не мой.
- Знаю.
- Дин...
- Да, Белл?
Она забавно наморщила носик.
- Ну я же просила - Анна!
- Тогда и ты зови меня старым именем. Тебе - можно.
- Хорошо... Денис.
- Так что?
- Я уже забыла.
Мастер Дин кивнул. Новые не умели ничего забывать, но вот притворяться в угоду своим женщинам пока не разучились.
Какое-то движение на границе зарослей привлекло их внимание; камера автоматически увеличила нужный квадрат. Зверьё очень редко подходило к торсионам и самому зданию Центра - сменив десятки поколений, волки и лоси на генетическом уровне усвоили, что творения рук человеческих несут смерть. Однако это было не животное. Не совсем животное.
Раздвинув шипастые ветви, на проплешину вышел... человек? Это существо передвигалось на двух ногах, имело человеческие очертания и пропорции, однако кожа его была рыжевато-оранжевой, с металлическим отблеском - лишённая одежды фигура казалась отлитой из меди. Несмотря на значительное расстояние, можно было разглядеть черты лица, а точнее, их отсутствие: на эллипсоидной голове не наблюдалось ни глаз, ни ушей, ни волосяного покрова - только карикатурно-широкий рот, безгубый, как у тряпичной куклы. Создание переступило условную границу и быстро направилось по голой земле прямиком к вышке; его отрывистые, скрупулёзно выверенные движения вызывали ассоциации скорее с механизмом, чем с живым существом. И это впечатление было близко к истине.