- Ты ещё не до конца понимаешь, как устроено наше общество. У нас нет начальников и подчинённых - только равноправные индивидуумы, выполняющие ту работы, к которой они наиболее предрасположены.
- Тогда почему на собрании присутствовала лишь часть?
- Остальные доверяют принятие первичных решений самым опытным. Те впоследствии обсудят вопрос со своими группами.
- И младшие могут их не поддержать?
Дин не ответил. Они вывернули в центральный коридор, ведущий к холлу, когда их нагнал оклик:
- Денис!
- Эдуард.
Заместитель остановился. Будь он человеком - можно было бы сказать, что у него смущённый вид.
- Полагаю, собрание прошло не так, как ты планировал.
Мастер пожал плечами.
- Это самоочевидно. Моё предложение отвергли все, включая тебя.
- Плохо. - Покачал головой Эдуард. - Такого не должно случаться.
Денис кивнул. Новые не спорят друг с другом. Их видение мира не искажено призмой эмоций, страхов и убеждений, в основе их решений всегда лежит логика и здравый смысл. А потому они рано или поздно приходят к одинаковым выводам, и мысль, высказанная одним, принимается остальными как их собственная.
- Тем не менее, мою инициативу не поддержали.
- Я полностью согласен с тем, что нынешняя методика работы с людьми непродуктивна. Но полное истребление... Зачем? Даже если они полностью бесполезны для нас - какой в этом смысл?
- Такой, что они всё же не животные, а разумный биологический вид, делящий с нами одну планету. Перспектива Сообщества подразумевает скорое расселение по всему миру небольшими самостоятельными анклавами - это поспособствует разнообразному развитию. И тогда человечеству придётся исчезнуть. Люди сами уничтожили свою цивилизацию, и они же породили силу, пережившую Армагеддон. Теперь им пора уйти навсегда. Это - логика эволюции.
В глазах у заместителя появилось такое же выражение, как у остальных Новых, и Денис понял - бесполезно. Старый союзник не видел истины, хотя все факты лежали прямо перед ним. Не хотел видеть.
- Учитель, - Впервые за много лет он обратился так к прежнему наставнику. - Простите, но я считаю, что вы неправы. Ведь все остальные выразились единогласно.
В очередной раз вздохнув про себя, Дин кивнул.
- Возможно. В любом случае, теперь я отправляюсь в Москву - хочу лично обсудить этот вопрос с Верховными.
- Полетишь туда вместе с Аннабель? - Эдуард снова перешёл на обычный тон.
- Да, ей полезно побывать в метрополии, и мне это не помешает - может быть, взгляд со стороны что-то изменит.
- Вполне возможно. - Кивнул заместитель, обрадованный разрешением так и не возникшего конфликта. - Вы улетаете прямо сейчас?
- Да.
- Что ж... До встречи. Дин, Аннабель.
- Эдуард. - Кивнула девушка.
Створы ангара распахнулись в пасмурное небо. Авион начал взлёт - массивная, величественная тёмно-серая машина на реактивной тяге, похожая обводами корпуса на огромного ската. На потёртом металле обшивки выделялся более светлый прямоугольник - там техники недавно заменили сегмент брони, вмятый и оплавленный близким взрывом. Даже Дин не ожидал обнаружить действующую систему ПВО на крыше старого музея, который девять поколений эмерийских королей гордо именовали своим дворцом.
- Так куда мы летим на самом деле? - Почти равнодушно спросила Анна.
- В Москву. Но не сразу.
На высоте сорока метров внезапно накатило острое ощущение опасности, идущее откуда-то сверху; затем оно исчезло, а через секунду возобновилось, уже снизу - это полётный компьютер отключил на время поле распада, позволив транспорту миновать критическую высоту. Экспериментальная установка, день и ночь окружающая Центр незримым энергетическим коконом, изначально была смонтирована для предотвращения утечек какой-нибудь смертоносной заразы; само поле имело микронную толщину и уничтожало всё живое, попавшее в активный слой, на клеточном уровне. На эту защиту возлагал немалые надежды персонал комплекса в дни эпидемии, однако напрасно: F-Lock, хоть и основанный на углероде, имел неорганическое происхождение, а потому беспрепятственно проник сквозь распадный барьер.
Машина заложила вираж, облетая территорию Центра по широкой дуге. Через лобовое окно можно было увидеть холм на границе "мёртвой зоны" и рыцарского коня, опасливо косящегося на неведомую летучую тварь. На расстоянии полукилометра от здания виднелись круглые голые проплешины - рабочие области торсионов, охватывающие комплекс полукольцом; Дину даже показалось, что он различает фигурку умертвия, застывшую возле одного из контуров.