Тот, который остался неповреждённым, кивнул в знак понимания и даже выдавил: «Простите». Поле этого они оба сели в свой минивэн и укатили. А я подобрал рюкзак и быстро пошёл домой. Не знаю, кем они были, но, похоже, мне удалось их убедить, что я не робот, лишь причинив вред другому человеку. Вернее тому, кто себя за него выдавал. Не знаю, сколько людей ещё осталось в этом городе и есть ли вообще хоть кто-то неотформатированный, но теперь я всегда готов к тому, что мне постоянно придётся доказывать, что я человек.
Избранная тьмой
День – время спокойствия и тишины. Днём мне почти не страшно, но не знаю, смогу ли пережить ещё одну ночь, ведь я держусь уже почти неделю. Тот страх, который мне приходится испытывать по ночам - не описать. Это не то чувство, которое можно испытать при пробуждении от ночных кошмаров – нет. Мне страшно по-настоящему, как если бы я стояла лицом к обрыву и почувствовала чей-то толчок в спину. Понимаете, когда падаешь и не за что схватиться, когда разум уже настроился на небытие. Липкий холодный пот и спазмы при дыхании случаются каждый раз, когда он приходит ко мне среди ночи. Думать так не совсем правильно, но я пишу лишь о том, что принято считать действительностью. На самом же деле он всегда рядом со мной, даже сейчас.
Это не прекратится, пока один из нас не перестанет существовать. Я знаю точно, потому что такое со мной уже было раньше. И ещё, потому что он сам так говорит. Всё это время я пыталась забыть, что тогда произошло, и сейчас не хочу вспоминать. Но он вернулся именно сейчас, когда я перестала о нём думать.
Денис – мой парень. Наши с ним отношения не лежат в основе истории, которую я описываю, но некоторые моменты мне сразу нужно уточнить. С Денисом мы познакомились почти два месяца назад, в середине августа. Случайно. Общих знакомых у нас не было и нет, если только по именам знаем, кто из нас с кем общается. Пишу, потому что это может быть важно, если вдруг покажется, что Денис как-то связан с той историей, которая произошла год назад. Отношения у нас с ним сложились почти сразу после знакомства, а через месяц Дэн ко мне переехал. Вот, собственно, и всё отступление.
Теперь же мне придётся вспомнить, с чего всё началось, какими бы отвратительными не были эти воспоминания. Так, я надеюсь, я смогу решиться снова его прогнать, как уже делала однажды.
А началось всё в октябре прошлого года. Третье число – в этот день мы выехали на машине по трассе М4 на юг, чтобы посетить Карачаево-Черкесскую республику. Именно этот момент можно считать началом, когда Витя уговорил меня на коллективный поход по предгорьям Эльбруса. У нас с ним были отношения, и он посчитал, что раз так, то я обязана следовать вместе с ним. Но я и не была сильно против, хотя не любительница палаток. Это Витины друзья любят походы… любили. Ещё с нами Коля был – друг его, и Юля – девушка Коли. Я их не очень хорошо знала, но это и не имеет значения, всё же я ехала со своим парнем, и я ему доверяла. Ребята распланировали, что проведут в палатках две ночи, а к обеду на третий день выедут обратно. Это без учёта дороги. Конечно, в это время года уже прохладно, но не настолько, чтобы замёрзнуть, имея при себе спальники, горелки и всё прочее. Витя пояснил, что мы как раз на закрытие туристического сезона попадаем, так что это даже «экстримом» не назовёшь.
Ехали все вчетвером на одной машине. Я ещё по пути несколько раз пожалела, что согласилась в этом участвовать. Не то, чтобы я плохо переношу дорогу, хотя почти всю ночь в машине – не самое приятное удовольствие, а ещё такое чувство было, что ничего хорошего нас там не ждёт. Я на заднем сиденье ехала, поэтому в дороге много спала, не смотря на постоянно включенную музыку. Помню, как мы Армавир проезжали ночью, а потом я снова уснула. В следующий раз проснулась, когда уже начало рассветать. Мне показалась, что мы находимся абсолютно в другом мире.
Неровные ландшафты кругом, горы впереди и по сторонам. Мы ехали ещё по более-менее ровной местности, но дорога сильно петляла. По сторонам от дороги то и дело виднелись посёлки, заставленные старыми разрушенными домами, в которых жили люди. Из труб, торчащих из построек, которые можно было принять за сараи, в чистый рассветный воздух поднимался дым. На лугах паслись стада овец и коров, на удалении от дороги растянулся табун несущихся вперёд лошадей. Особенностью же всех встречающихся поселений являлись белокаменные мечети. Я видела их в большом количестве, и эти сооружения сильно выбивались из представленных пейзажей. Огромные на фоне жилых домов, крепкие и красивые, как будто их все совсем недавно построили. Это была Карачаево-Черкесская республика.