— Но мы боремся, детка, — говорит она мне каждый раз. — Мы найдём тебе супруга. У тебя тоже будет свой счастливый конец. Не волнуйся.
Я с самого начала не волнуюсь, но всё равно киваю и похлопываю маму по плечу, потому что это кажется правильным.
Родители проявляют достаточную тактичность, подождав, пока мне исполнится двенадцать, чтобы начать устраивать мне «свидания». На деле это больше похоже на вынужденные дипломатические визиты с каждым подходящим принцем в округе — «И принцессами тоже! Мы не осуждаем, дорогая!» — во время которых родители находят какой-нибудь предлог выйти из комнаты, оставляя меня наедине с бедным, ничего не подозревающим представителем королевской крови.
Честно говоря, поначалу я тоже не понимаю цели этих встреч. Ничего конструктивного на них не происходит. Я в основном смотрю себе на колени, внезапно страшно заинтересовавшись узором парчи на своём платье, а мой собеседник терпеливо теребит большие пальцы рук, пока родители наконец не возвращаются.
Это принц, довольно угрюмый принц, который обращает моё внимание на истинную причину, по которой родители так стремятся свести меня с другими молодыми особами королевских кровей.
— Ты не собираешься со мной разговаривать? — спрашивает он после нескольких минут привычного ритуала созерцания рук.
Я поднимаю взгляд, удивлённая.
— Ох, прости. Эм... О чём бы ты хотел поговорить?
Он просто уставится на меня, прежде чем сказать слегка раздражённым голосом:
— Ты не очень интересная личность, правда?
А ты, судя по всему, редкостный зануда, но у всех есть свои недостатки. Я же этого не говорю. Я бледно улыбаюсь и снова смотрю на свои руки.
— Серьёзно, — продолжает он, явно не удовлетворённый моим молчанием, — Как ты собираешься заполучить мужа, если даже не можешь поддержать достойный разговор?
Это привлекает моё внимание.
— Какое отношение к этому имеет замужество?
— Разве не для этого всё это? Ты же пытаешься оценить варианты для будущей женитьбы, да? Неудивительно, что родителям пришлось всё это устроить, если ты такая скучная.
Он задирает нос и фыркает, но я уже не обращаю внимания. Я хмурюсь, погружённая в мысли.
В тот же вечер я прихожу к родителям и спрашиваю их о словах принца.
Они переглядываются.
— Что ж, это многое объясняет, — пробормочет отец.
Мама слегка шлёпает его по руке.
— Эрик!
— Это правда! Гораздо больше смысла в том, что она проваливала каждое брачное собеседование, если не знала, что это оно и есть.
Повернувшись ко мне, он говорит:
— Слушай, тебе нужно быть как можно более очаровательной во время этих встреч. Покажи свои достоинства. Так я, во всяком случае, покорил твою мать.
Я склоняю голову набок.
— Но зачем?
— Зачем? Чтобы найти тебе супруга, конечно же! Мы же говорили, что будем бороться!
На лице мамы застывает какая-то неестественная улыбка.
— Мне всего двенадцать, — сообщаю я им. — По закону я не могу иметь супруга.
Мама отмахивается.
— Ох, это на потом, на потом. Мы просто пытаемся запустить процесс, вот и всё.
— А. Понятно.
Я прикусываю губу.
На потом, говорите? С «потом» я могу смириться. Уверена, позже я пойму, в чём весь этот шум. Что ж, подождём этого «потом».
Мне исполняется четырнадцать, когда я понимаю, что немного не такая.
Я время от времени встречаюсь с другими принцессами и принцами на больших балах. Все принцессы начинают восторгаться милыми представителями местной знати. И некоторые принцы тоже. Кажется, это единственное, о чём они могут говорить.
— У нас на этой неделе настоящее свидание, — хвастается одна из них. — С полным сопровождением, разумеется, учитывая ту угрозу моей жизни в начале года, но я всё равно так взволнована.
— Как я тебе завидую! — взвывает другая. — Мои родители не разрешают мне покидать замок.
Она подмигивает.
— Поэтому все сами приходят ко мне.
Раздаются хихиканья и смешки, и я подделываю смех. Я не понимаю шутку, но меня воспитали быть вежливой.