Я вздыхаю и берусь за работу. В основном он хочет, чтобы я разложила его сокровища в «приятную для глаз композицию». По крайней мере, это интересно — перебирать сокровища и смотреть, что любят коллекционировать драконы. У Астара, похоже, слабость к декоративным столовым приборам.
После некоторого времени, проведённого за этим занятием, Астар заговаривает.
— А ты не собираешься со мной разговаривать?
Я морщусь, вспоминая мой первый разговор с Корделом.
— Извини. Эм... Хорошая... погода?
Он снова громко смеётся.
— Дорогая, попытка неплоха, но сюда, вглубь пещеры, не видно наружу, и я точно знаю, что на улице дождь.
Он помолчит.
— Давай я начну. Что прелестное создание вроде тебя делало на равнинах Асприта?
Я не вижу вреда в том, чтобы рассказать.
— Я пытаюсь найти фею по имени Линн, чтобы она сняла проклятие.
Дракон приподнимает бровь — или то место, где у человека была бы бровь.
— Интересно. Так ты принцесса?
— Да. А как ты догадался?
— Линн в основном работает с принцессами, — пренебрежительно говорит Астар. — Но я никогда не встречал ни одной, которая пыталась бы снять наложенное ею проклятие. Ты очень храбрая.
Я пожимаю плечами.
— Не думаю. Просто решила, что это лучший вариант.
— В отличие от чего?
Я задумываюсь.
— Разочаровать родителей и Кордела.
— Зачем тебе их разочаровывать?
— Проклятие было в том, что я никогда не выйду замуж. Они все хотят, чтобы я вышла замуж, родила детей и сделала их счастливыми.
Астар помолчит.
— А замужество сделает тебя счастливой?
Мои брови хмурятся.
— Наверное. Все так говорят, по крайней мере. Надеюсь, я пойму почему, когда проклятие снимут.
— Дорогая... — Он замешкается. — Ты никогда не задумывалась, что, возможно, ты просто такая, какая есть? Какой тебе суждено быть, возможно?
Я хмурюсь, беру ложку и небрежно полирую её подолом платья.
— Почему? Никто другой не такой. Я ненормальная. Я сломана. Я проклята.
— Могу уверить, ты не была бы сломанной, если бы не хотела замуж или не хотела встречаться, — говорит Астар строгим, наставительным тоном. — Ты не первая и не последняя. Неужели ты считаешь этих людей сломанными?
— Конечно нет, — фыркаю я. — Их дело, чего они хотят или не хотят делать.
— Так почему к тебе нельзя применить то же самое?
— Просто нельзя. У меня проклятие.
Астар, кажется, хочет что-то сказать, но удерживается и медленно кивает.
— Ну, хорошо. Но... пожалуйста, просто помни, что твоё истинное «я» — не то, чего стоит стыдиться.
— Спасибо, наверное.
Я приглядываюсь к ложке, которую полирую.
— Это кровь?
Он ухмыляется, снова оскалив зубы.
— Убивать людей не всегда было немодно.
Трудно сказать, сколько времени я провожу с Астаром. Свет не проникает вглубь пещеры — для этого фонари, — а моё чувство времени всегда ужасное. Всё, что я знаю, это то, что однажды со стороны входа в пещеру послышатся шаги, прервавшие мой разговор с Астаром об истории драконов.
— Ариэль! Ты здесь? — кто-то крикнет.
Это Кордел.
— О. Привет, — кричу я в ответ.
Шаги ускоряются, и я вижу Кордела и Веронику, оба перемазанные грязью и тяжело дышащие.
Увидев Астара, Кордел выхватывает меч, слегка дрожа.
— Отпусти её!
— О боже, — мягко говорит Астар. — Мне страшно.
— Кордел, он милый дракон, — отчитываю я его. — Убери эту штуку. Ты же не умеешь ей пользоваться.
Кордел с испуганным взглядом смотрит на Веронику, и та начинает ухмыляться.
— Ариэль, зачем ты это сказала?
Я проигнорирую его и повернусь к Астару.
— Я разложила большую часть твоих сокровищ. Можно мне теперь пойти с ними?
Астар фыркает.
— Ладно, если тебе так не терпится уйти.
— Я могу наведаться, — предлагаю я. — По дороге обратно от Линн.