— Мне бы это понравилось. Что ж, будь осторожна, дорогая. Удачи.
Я машу Астару на прощание и присоединяюсь к Веронике и Корделу, которые смотрят на меня с недоумением.
Как только мы выбираемся из пещеры, Вероника спрашивает:
— Ты подружилась с этим драконом?
— Это было не так уж сложно.
Я пожимаю плечами.
— Как я и сказала, он милый.
— Ты хочешь сказать, мы искали тебя в грязи, под дождём и в отвратительных условиях, а ты была здесь в уюте и тепле, попивая... послеобеденный чай с драконом?! — шипит Кордел.
— Более или менее. Чай мы не пили, но у нас были приятные беседы.
Кордел рычит, но Вероника встаёт перед ним и кладёт руку ему на щёку, заставив посмотреть на себя — и о, это ново.
— Да ладно, Кордел. Мы её нашли. Всё в порядке.
Он, очевидно, ещё бушует, но его лицо слегка расслабляется, и он наклоняется к прикосновению. Это тоже ново.
— Вы, кажется, очень хорошо ладите, — замечаю я.
Кордел становится характерно красным и отступает.
— Нет, это не так!
— Ой, как обидно, — надувается Вероника. — Неужели наш поцелуй ничего для тебя не значит?
Кордел становится ещё краснее.
— М-мы... мы не... ты...
Он поворачивается ко мне в панике.
— Она лжёт! Я бы не...
— Он хорошо целуется? — интересуюсь я, зная, что она лжёт, но также зная, что Кордел очень разозлится, а когда он злится, это очень забавно.
— О, хуже некуда, — пренебрежительно говорит она. — Слюни повсюду. И пытался укусить.
— Извращенец, — задумчиво протягиваю я. — Не знаю, как к этому относиться.
Кордел выглядит так, будто вот-вот заплачет.
— Она лжёт, клянусь! Я целуюсь лучше всех!
— Так ты признаёшь, что целовался раньше?
— Ну, нет, но я лучше всех во всём! В том числе и в поцелуях, когда до них дойдёт, так что... так что, короче, Вероника — грязная лгунья, и мы никогда не соприкасались губами или чем-то ещё, и...
Я треплю Кордела по голове.
— Ну-ну, ну-ну. Я знаю.
Пока он бормочет, я понимаю, что обида из-за того, что меня исключили из их разговоров, полностью рассеялась. Они искали меня, хотя это было тяжело. Я им небезразлична.
Я весело беру их обоих за руки и принимаюсь раскачивать.
— Пошли, ребята. Пора навестить Линн.
Моя неожиданная задержка у Астара отбрасывает нас недели на две — видимо, столько я там провела, — так что мы не теряем времени, возвращаясь на путь к дому Линн. Мы идём уже около недели, когда Вероника вдруг остановится как вкопанная.
— Что? Что случилось? — спрашиваю я.
— Там — дорога к замку моих родителей, — тихо говорит она. — Интересно, как у них дела.
Я сжимаю её плечо.
— Хочешь зайти?
Она отворачивается.
— Нет. Пойдём дальше.
И как раз в этот момент мы видим двух рыцарей в полных доспехах, приближающихся к нам. Вероника стонет.
— О, нет.
— Стой! — кричат они. — Кто идёт?
Вероника прячется за моей спиной.
— Пожалуйста, прогони их.
Я стою на своём и спокойно смотрю на рыцарей.
— Здравствуйте. Что привело вас сюда?
— Пограничный досмотр, мисс. Ваше имя?
— Я принцесса Ариэль. Со мной принц Кордел. Мы из соседних королевств.
— Ах. Честь имеем.
Один из рыцарей прищуривается.
— А кто там позади вас?
— Э-э... — Я прикусываю губу. Ненавижу врать. — Это, эм...
— Это я, — говорит Вероника, появляясь с раздражённым видом. — Можно мы уже пойдём?
— Принцесса Вероника! Ваши родители ищут вас уже несколько месяцев! — рявкает другой рыцарь, женщина. — Вы все идёте с нами.
— Ладно, Кэл, успокойся.
Вероника зевает, словно ей наскучило всё происходящее, но я вижу панику в её глазах.
— Но мы хотим ваших лошадей.
Я начинаю протестовать, но рыцари кланяются и спешиваются.
— Вероника, — с досадой говорю я. — Мы можем идти пешком.