— Я просто не знаю, как с этим справиться, — честно говорю я. — Если нет проклятия, я просто другая. Я разочарую столько людей.
— Что, из-за этой истории с замужеством?
Я смотрю на него мёртвым взглядом.
— Да, Кордел, из-за этой истории с замужеством.
— Честно говоря, это даже облегчение, — прямолинейно говорит Кордел.
Я разеваю рот.
— Что?
— Ну, ты не ужасна и всё такое, но за последние полтора месяца я понял, что не очень-то хочу провести, ну... всю оставшуюся жизнь с тобой, понимаешь? Не в таком качестве. Ты больше похожа на раздражающую сестру, чем на жену.
Вероника шлёпает его по руке.
— Кордел!
— Я думал, что люблю тебя долгое время, — продолжает он, ничего не замечая. — Или, может... думал, что ты мой единственный вариант? И ты была довольно хорошим вариантом, не пойми неправильно, но всегда чувствовал какую-то странность.
— Кордел, заткнись! — шипит Вероника.
— Ты имеешь в виду... — я сглатываю. — Тебя устраивает, что ты не женишься на мне?
Он кивает, наконец начав выглядеть немного виноватым.
— Это, эм, плохо?
— Кордел, я люблю тебя, — заявляю я.
— Чёрт.
Я ухмыляюсь.
— Не в том смысле. Ты не представляешь, как приятно слышать от тебя всё это, потому что я тоже не хочу за тебя замуж. Никогда не хотела.
— О, слава богу.
Он обмякает.
Вероника смотрит на нас обоих.
— Так, эм, ты имеешь в виду...
— Он весь твой, — весело говорю я. — Повторяю, действуй.
Она краснеет.
— Ариэль! Ты же говорила, что не...
— Это значит то, что я думаю? — перебивает Кордел.
— Не знаю. А что ты думаешь? — бросает вызов Вероника.
— Что ты хочешь дарить мне бесконечные поцелуи, — самодовольно заявляет Кордел.
— Ты напыщенный придурок, — с отвращением говорит она. — Но... возможно.
— Отлично. Потому что я, возможно, хочу пригласить тебя на одно или несколько свиданий.
Он молчит.
— Скажи, а как твои родители относятся к торговым соглашениям?
— Если ты хочешь одного из этих свиданий, ты немедленно заткнёшься о торговле, — сладко говорит Вероника. — И ещё я дам тебе по лицу.
Он морщится.
— Ладно. Справедливо.
На обратный путь домой у нас уходит ещё шесть недель. Вероника с некоторой неохотой заезжает к родителям по пути, и мы проводим там неделю. Они всё это время пытаются наверстать упущенное в её детстве. Не уверена, сработало ли это, но я вижу, как она улыбается им.
Как только мы возвращаемся домой, Кордел объявляет своим родителям, что не собирается жениться на мне и вместо этого женится на другой девушке. Выражения шока на лицах как его родителей, так и Вероники бесценны. Это первый раз, когда он когда-либо противостоит им в чём-либо. Сначала они протестуют, но я сообщаю им, что я всё равно отказала, что отчасти правда, а Вероника рассказывает им об отличном сельском хозяйстве и шёлковой промышленности её королевства. После этого они немного смягчаются.
Наконец, я прихожу домой к родителям и сообщаю им новости. Со всех сторон много слёз, но в конце концов мама сквозь слёзы говорит мне, что они всегда будут любить меня, несмотря ни на что, и что они не могли бы мной больше гордиться.
Я чувствую, как тяжесть постепенно спадает с моих плеч — когда я говорю своим друзьям, что не хочу говорить о свиданиях, и они просто моргают и спрашивают: «Почему ты раньше не сказала?»; когда Вероника и Кордел произносят свои клятвы, улыбаясь друг другу; когда мне исполняется восемнадцать, и родители меняют закон, который гласит, что править королевством можно только в браке. Постепенно я начинаю принимать свои отличия и постепенно начинаю любить себя.
У меня всё ещё бывают плохие дни. Вероника и Кордел часто привозят своих детей в гости, мои родители умиляются над ними, и мне хочется подарить им такое счастье. Иногда люди сообщают мне, что я ещё не нашла «того самого», и я начинаю сомневаться, не обманываю ли я всех всё это время. Люди говорят мне, что я грешница, ненормальная, ущербная, и я думаю, что они могут быть правы.
Но потом прилетает Астар и напоминает мне, что я прекрасна такая, какая есть, родители обнимают меня и говорят, что я лучший подарок, который они когда-либо получали, а Вероника и Кордел сжимают мои руки и говорят, что я их лучшая подруга и что они меня любят.