В конце концов, этого более чем достаточно..
Зов
Его жена все еще поет для него. Он слышит ее снаружи, в отдалении, кружащую среди деревьев вокруг их бывшего дома. Звук пока еще слабый. Он чувствует, как ее голос тянет его, но у него еще есть время заткнуть уши воском, прежде чем он окончательно теряет себя. Сегодня еще не та ночь, чтобы сдаваться, твердит он себе.
Еще нет.
Когда-то, когда они были молодыми новобрачными, ее голос был одним из его самых любимых ее качеств. Он не только высокий и сладкий, но она и поет постоянно, пока они занимаются своими делами. Звук озаряет их тусклую хижину ярче любого фонаря, и мужчина часто закрывает глаза и просто слушает несколько мгновений, поглощенный и восхищенный прекрасной музыкой.
Возможно, именно это и привлекает существо.
Мужчина с детства знает легенду о сиренах — созданиях, которые своими песнями заманивают и уводят детей в самую глухую чащу леса. Он естественно предполагает, что эта история, как и многие рассказы о лесных ужасах, придумана, чтобы удержать детей от блужданий в одиночку по темным дремучим лесам. С тех пор, как он сам был мальчишкой, проходит много времени, и он давно перестает верить в сказки.
Так остается до тех пор, пока он не начинает слышать пение глубокой ночью, далеко от хижины. Тихое, но навязчивое. Неотразимое. Мужчина ловит себя на том, что вслушивается, пытаясь разобрать больше, даже лежа в теплой постели рядом с женой. Часто, когда музыка будит его, она уже на ногах, разбуженная той же мелодией. Они строят сонные, но лихорадочные планы отправиться в лес и все выяснить, пока сознание не возвращается к ним полностью, а с ним и здравый смысл. Они дожидаются рассвета и идут на разведку, держась близко друг к другу. Пробираясь сквозь лес, они находят на тропе несколько мертвых птиц. Потом однажды — оленя. Потом однажды — лошадь.
А затем — окровавленную детскую одежду.
Мужчина отправляется в поселок, чтобы поговорить со старейшиной. Тот рассказывает ту же историю, которую мужчина слышит в детстве, — о герое, плененном и зачарованном голосом сирены. Она не может войти в его дом, но когда она поет о его самых сокровенных желаниях, то выманивает его из безопасного убежища. На расстоянии желание выйти и последовать за сиреной — сильный позыв, но по мере приближения песня все больше и больше действует на героя, уговаривая и принуждая, пока он не может сделать ничего иного, кроме как найти ее и отдаться ей. Старейшина объясняет традицию закладывать уши воском, чтобы противостоять голосу сирены и ее чарам. Он дает мужчине немного воска, чтобы тот отнес домой жене.
Мужчина и его жена начинают закладывать воск в уши перед сном. Однако в некоторые ночи он просыпается в лихорадочном состоянии, едва сдерживая себя от порыва выбежать в лес. Однажды он даже успевает надеть обувь, прежде чем замечает, что воск выпал из его уха. Последним усилием воли он успевает спасти себя, быстро затолкав воск обратно.
Прямо перед этим, однако, он замечает, что к голосу присоединяется пение ребенка, заманчивое и сладкое.
Его жена тоже это слышит. Она начинает называть это голосом их сына, ребенка, которого они так и не могут зачать. Даже на таком расстоянии она различает, что он поет именно для нее. По вечерам она начинает тихо подпевать, подбирая гармонию.
С каждым разом становится все труднее уговорить ее заткнуть уши, когда голоса начинают звучать. Она становится одержима ими. Она больше не проявляет интереса к еде, домашним делам или даже простому общению. Ее лицо становится усталым и осунувшимся. Много дней подряд мужчина слышит от нее лишь тихое подпевание песне из леса.
Жизнь тянется таким образом, день за напряженным днем.
Пока наконец однажды утром мужчина не просыпается в пустой постели, обнаруживая на подушке торопливо нацарапанную записку. Сверху на ней лежат ее восковые затычки для ушей.
Ее нет.
Он и несколько соседей из поселка ищут ее несколько дней, но не находят никаких следов.
Сломленный, мужчина возвращается в свою хижину.
На третью ночь после окончания поисков он начинает слышать ее голос из леса. Ее песня полна скорби и печали.