Эрих эм Флора чуть подался вперед к объективу. Слегка подрагивающие усы выдали крайнее его напряжение.
— Я не знаю, какие аргументы привели вы Командору и чем подтолкнули его на это преступление. Но знаю точно, что после разговора с вами Фальк эм Кориана тайно сбросил гравитационную ловушку, которая выстрелила четыре раза и стерла в пыль двигательную систему матки Юния. Тем самым вы, Ваша Светлость, обрекли на гибель шесть миллионов роян. Именно вы. Бедный Командор Фальк никогда сам не решился бы на это. Я не мог понять, как вы могли поступить так, Ваша Светлость. Вы, у которого верность Рою в крови и в костном мозгу!
Эрих эм Флора встал.
— Но ведь вам уже неделю постоянно нездоровится. Вы не показывались медикам. Вы даже ни с кем не разговаривали. Вы ни с кем не разговаривали, Ваша Светлость, и это мне кажется особо важным.
Прелат протянул к объективу пластинку белого металла.
— Это коммуникатор Фалька эм Кориана. Два часа назад он звонил вам, после чего застрелился. Он покончил с собой, когда понял, что вы психически больны. Он понял, что совершил чудовищное преступление по приказу роянина, который не владел собственным мозгом. Вы заразились, Ваша Светлость, когда перевозили больного в личном катере. На вас не было телепатора, как и всегда, и вам казалось, что вы в безопасности.
Внезапно дверь в каменной арке распахнулась.
— Входите, — попросила робохозяйка.
Он вошел. Прошел сквозь прихожую, гостиную, на пороге спальни остановился, чувствуя, как струйка льда стекает вдоль хребта.
Книги, маркеры, какие-то листки, ампулы были разбросаны по комнате. Все ее стены сплошь были усыпаны мелким бисером букв и цифр. Они складывались в беспорядочные формулы, уравнения, разбросанные тут и там. Груды исписанных листов валялись на столе, на тумбе, на кровати. Его Светлость сражался до последнего. И проиграл.
Он стоял на коленях, опершись локтями на кровать и уткнувшись лицом в одеяло. Он попытался поднять глаза, его взгляд дополз лишь до живота Прелата и замер. Зрачки были глухо непрозрачными, как шлюзовые заслонки.
Эрих эм Флора подошел к кровати, присел, вынул руку из-под мантии.
— Ваша Светлость, я надеюсь, вы сделаете правильный выбор.
Его Преподобие выложил на кровать две крошечные вещицы: коммуникатор и желатиновую капсулу. Прямо перед носом Хранителя Святыни.
Тот тупо глядел на них, мучительно долго пытаясь осознать, что значит каждая из вещей. Затем упал лицом на одеяло и губами втянул капсулу.
— Благословенен Путь, — изрек Эрих эм Флора.
— Я рад знакомству с вами, Ваша Мудрость. Вы остались на Юнии вопреки опасности и сумели спасти матку от почти верной гибели. Это поступок, достойный лучших из Лидеров.
Они сидели в закрытой обсерватории Ампалы. Над ними разворачивалось бескрайнее звездной небо, среди сияющих точек дрейфовала серебристая сигара матки Юния. Ее облаками окружали тысячи ремонтных роботов. Казалось, они плетут из металлических нитей ажурные блестящие кольца, опоясывающие звездолет — новый сжиматель пространства.
— Это я рад знакомству с вами, Ваше Преподобие! Ведь если бы не ваша проницательность и ваша логика, Рой ушел бы к Колорме, и мы никогда не догнали бы его. Я искренне сожалею о преждевременной кончине Первого Мистика и надеюсь, что предстоящий Капитул изберет вас на его место.
Прелат отмахнулся от комплимента.
— Я хотел поговорить не об этом. Вне зависимости от того, изберут меня или нет, я хочу попросить вас об одной услуге.
— Говорите, я сделаю все, что в моих силах.
— Вы очень умны, Ваша Мудрость. Вы присутствовали при разговоре Его Светлости с Командором и Прелатом Юнии. Затем вы говорили с ним о мыслевирусе. Командор Ампалы теперь мертв. Командор Юнии неизлечимо безумен. Остальной Совет Лидеров не сомневается в виновности Фалька эм Кориана. А вы… я полагаю, вы единственный, кто может догадаться об истинных причинах происшествия с Юнией.
— Пока я не давал себе труда строить такие версии. Это, знаете ли, не моя забота.
— Прекрасно. Но если вдруг когда-нибудь вы что-нибудь поймете — поклянитесь мне, что вы навсегда оставите при себе свои выводы.