Помолчали.
- Смелая ты. А если бы я был не один?
- Ну что я тебя не знаю, что ли?
Володя набулькал ещё водки. Выпил.
- Может хватит? – мягко спросила Лена.
- Да. Пожалуй. Лучше не будет.
- Хуже тоже. Ложись. Тебе надо поспать.
- А сколько сейчас времени?
- Уже десять.
- Утра?
- Ты совсем уже!.. Вечера!!!
Он лег, на этот раз разделся.
Когда Володя проснулся за окном во всей своей белизне и прелести сияло солнечное зимнее утро.
- Куда поедем?
- А ты куда хочешь?
- Куда-нибудь за город.
- В Павловск?
- Нет. Мы туда с мужем почти каждые выходные ездили. Причем спорили, до ожесточения и хирипоты, каждый раз – в Пушкин или в Павловск ехать.
- Что ж, изберем другое направление.
Они вышли из дома, по дороге зашли в соседнее кафе. После того как Вова заказал кофе и бутерброды, знакомый бармен вопросительно посмотрел на него:
- И все?
- Сегодня все.
Потом был Финляндский вокзал с его толчеей рыбаков и лыжников. Они сели в первую попавшуюся электричку. Вышли в Репино. Почему именно там? На этот вопрос, наверное никто не ответит.
Морозный воздух доделал с Володей то, с чем не до конца справился 12-ти часовой сон.
Обратно поехали на автобусе. Хоть и дольше, но романтичнее.
Так Лена сказала.
По дороге, в электричке, на берегу залива, в автобусе они разговаривали, говорили, говорили, говорили, вспоминая общих знакомых, рассказывали друг другу. Про всё что было с ними. Но к серьезному не подступались. Будто боялись чего.
Когда приехали в город, он спросил:
- Ну что, домой?
- Да, только за чемоданом заехать надо. К подруге.
- Хм, а почему ты вещи у подруги оставила?
- Во- первых, она живет рядом; во вторых, ты действительно мог быть не один.
Лена зашла в дом одна. Он курил внизу.
Поднялась, позвонила.
- Ну что, возвращаешься? – с улыбкой спросила Наташа.
- Смотря к чему.
- То есть?
- Возвращаюсь к любви.
- Смотри, не пожалей. Променяешь "Быки на индыки".
- ???
- Быка на индюка. Это по-украински. И чего тебе не хватает? Не понимаю.
- Любви. И широты. И непредсказуемости.
- Ну, последнее, судя по твоим рассказам, у тебя будет в избытке. Удачи!
- Спасибо! Созвонимся!
- Это все? – удивленно спросил он, глядя на единственный чемодан.
- Что все? – переспросила Лена.
- Все твои вещи?
- Все. Почти. Я когда-то где-то читала книгу… Там говорилось, что все что может понадобиться человеку, легко умещается в одном чемодане. Если что-то понадобится, потом заберу.
На такси они вернулись домой. Володя поймал себя на том, что он в своих мыслях уже называет свою холостятскую и довольно неприглядную квартиру их общим домом.
И снова была ночь.
На этот раз их ночь.
Они отдавались друг другу с такой беспощадной яростью, как будто хотели компенсировать потерянные годы.
Пресыщение не наступало.
В четвертом часу утра он счастливый, обессиленный, но не насытившийся до конца, откинулся на подушку. Лена уютно лежала на его руке. Другая его рука держала только что зажженную сигарету. Они молчали…
- Страшно подумать, тихо произнес он.
- Да… действительно… страшно…
- Ты о чем?
- А ты?
- О том, что ты могла не прийти тогда утром.
- Я тоже.
«Слушай, - после недолгой паузы спросила она, - а если бы я не пришла, ты так бы и продолжал звонить три раза в год? На 8 марта, в мой день рождения, и под Новый год?»
- Наверное…
- И не сделал бы ничего, чтобы снова сблизиться, завоевать меня?
- Я убедился в бесперспективности этого. Пять лет назад.
- Странные вы, мужики. Сначала осаждаете, как неприступную крепость, потом исчезаете…
- Да я, наверное, больше бы и не звонил.
- Почему?
- Скоро бы уже допился.
- Но ведь ты меня нашла!
- Слава Богу!
Он прижал ее к себе. Их тела снова переплелись.
Утром, хотя навряд ли, можно назвать утром первый час утреннего дня, он проснулся раньше ее. Осторожно высвободил руку. Нашарил тапки. Вышел на кухню. Закурил. Поставил кофе.
Лена не дала ему принести чашки в комнату. Она появилась на кухне сама.
- Как чудно пахнет!
- Сейчас будет готово.
-Чем сегодня займемся?
- Не знаю. Вообще-то надо работу искать. Не век же по халтурам бегать.
- Лучше отдохни еще. А то вид у тебя не больно презентабельный. И потом, сегодня воскресенье.
- А ты что будешь делать?
- Ну, я занятие себе всегда найду. У тебя, наверное, стирки накопилось?