Господи, кому нужны книги, если их никто не читает???
Почему этот молодой лохматый не оставил меня у себя навсегда, сказав хозяйкам что потерял книжку? Из речей хозяек и редких читателей я слышала, так делают. Не знаю почему Он так не поступил. В результате я оказалась снова на своей полке.
И некоторые соседки смотрели на меня с завистью. Как же, ведь у меня появился свой собственный Читатель! У меня он был, а у них не было. Вот так-то.
Меня не только прочли, но и высоко оценили. Однако целых полгода мною снова никто не интересовался, и полученного задорного заряда моего настроения хватило не на долго. Снова началась библиотечная рутина, набившая оскомину до изнеможения, свисающие из ушей разговоры хозяек, их тупое хихиканье над чем-нибудь не вписывающимся в их скудодумие. И моя ежедневная тоска ожидания. Ожидания своего Читателя.
8.
Каково было мое удивление, когда меня снова вытащили из рядов невостребованных книжек, и я снова увидела своего читателя. Он чем-то напоминал предыдущего, тоже лохматый, тоже в очках, но значительно моложе! И снова услышала из его уст с восклицательным удивлением произнесенную фамилию своего Отца и свое имя!!!
Он отнес меня к другому человеку. Тот был значительно старше.
Сказав: «Шеф, я думаю это будет вам интересно», – он положил меня на письменный стол в номере районной гостиницы.
И вот я снова в любящих, внимательных, надежных, понимающих руках, которые так похожи на руки моего Папы. Они бережно переворачивают мои страницы, иногда отлистывают их назад. Это случается, когда мой Читатель хочет насладиться особенно понравившимся ему отрывком или фазой. эпизодом или абзацем.
Наконец я прочтена от корки до корки, от доски до доски. Я прочтена и лежу на письменном столе. Молодой ассистент, тот, что принес меня сюда, спрашивает: «Сергей Васич, может быть эту книжку обратно в библиотеку отнести?»
Я с холодящим Душу ужасом представляю, что снова окажусь в обществе своих детективных соседок по книжным полкам; произведений совписов и совписок и библиотекарей – старых грымз.
– Нет, – отвечает Сергей Васильвевич (или как его называют в своем кругу С.В.), – эта книга мне, нам еще очень и очень пригодится.
-– Для чего?
– Потом узнаешь, – говорит Сергей Васильевич, и, надев заранее собранный рюкзак, отправляется в Ловозерские тундры. С.В. вернулся с двумя полиэтиленовыми мешками. В одном были ягоды, в другом грибы.
– Андрюша, это отдай на кухню и немедленно узнай о том, где можно купить эту книгу,– произносит он указывая на меня.
– Зачем она вам?
– Ты ведь тоже прочитал-пролистал ее?
– Да-а-а...– неопределенно тянет Андрюша, – и что?
– Тебя ничего не впечатлило?
– М-м-м-м…– опять тянет Андрюша, – ничего такого особенного… История из 60-х годов прошлого века, роман про творческую интеллигенцию, писателей, поэтов, диссидентов и полудиссидентов. Часть из них стала заигрывать с властью, часть пошла на сотрудничество с КГБ, часть нет… В общем печально все кончилось. Как для первых, так и для вторых.
– Ты Андрей, ученик мой драгоценный, ничего так и не понял. Главного не понял.
– ???
– Будет фильм!!! Да такой фильм, какого еще свет не видывал!
– Вы уверены?- после паузы начинает сомневаться Андрюша, - синопсис и заявку мы напишем, – Алексей в полутора сутках езды, значит и литературный сценарий будет, артистов найдем, а финансирование?
– Уймись. Будет тебе финансирование. Или после «Ники» мое имя стало плохим брендом?
– Не смею возражать, мэтр! Но кто продюсировать станет?
– Если будет хороший сценарий, то и Назаршах возьмется и Бешкамбатов. Да и на что существует наш госкомитет?
– Теперь это агентство.
– Не умничай. Хоть хрененство. Срочно связывайся с Алексеем и Игорем! Любой ценой за любые деньги немедленно вызывай их сюда. Обещай золотые горы, реки полные вина. И рыбы. Оленину и зайчатину. Если хотят пусть с семьями едут, с любовницами, с чертями лысыми, с ведьмами косматыми. Но чтоб были немедленно! А мы завтра садимся писать сценарную заявку и синопсис. Главное, чтоб нас не опередили!
– Мэтр не беспокойтесь. Надеюсь все будут и всё будет. И… если эта книга за столько лет никого не заинтересовала, то почему вы думаете, что сейчас кто-нибудь еще за нее кроме вас схватится?
– Мало ли… Это просто редкостная удача, что ты ее принес мне. Может еще кто-нибудь кому-нибудь так же эту или другую аналогичную книгу принести. Но это лирика… Давай, исполняй!