В отличие от первых выступлений фордовцев, которые вызывали интерес и даже симпатию уже тем, что были у нас в новинку (ого, как на Западе!), нынешняя стачка на особые симпатии «общественности» может не рассчитывать. Наоборот, на первое место выходят опасения потребителей, боящихся, что придется дольше ждать заказанной машины или увеличится ее цена. То, что требуемое профсоюзом «Форда» повышение зарплаты «до бразильского уровня» может быть при неизменной цене компенсировано незначительным снижением прибылей компании, говорить не принято. 21 ноября «РБК daily» обнародовал подсчеты экспертов, согласно которым при полном удовлетворении всех требований забастовщиков себестоимость «Фокусов» вырастет всего по 100 долларов на машину. И нет никакой причины перекладывать эти расходы на потребителя.
Увы, эти подсчеты остаются по большей части недоступны для массовой публики, которую продолжают запугивать резким подорожанием и без того чрезмерно дорогих машин. О том, что дороговизна вызвана стремлением фирм сорвать дополнительную прибыль с «перегретого» рынка и не имеет никакого отношения к по-прежнему низкой заработной плате, предпочитают молчать. Журналистика наша всегда принимает сторону работодателя, а журналистика либеральная - в особенности. Как при таком отношении к заработной плате мы надеемся стать через 15-20 лет страной с «европейским уровнем жизни» - остается некоторой загадкой. Было бы неплохо сперва, по примеру фордовцев, попытаться подтянуть зарплаты до «бразильского уровня» (оговорюсь сразу, что имеются в виду всё же бразильские рабочие, а не бразильские беспризорники).
Однако в то время как либеральная общественность испытывает к стачке на «Форде» безразличие, переходящее в глухую неприязнь, рабочие других предприятий автомобильной отрасли смотрят на происходящее с возрастающим интересом. Если конфликт закончится хотя бы приемлемым компромиссом, то не за горами день, когда пойдет речь об отраслевом соглашении, гарантирующем приемлемый уровень заработной платы, для всех автомобилестроительных заводов.
Если это случится, то к России тоже окажется применимо высказывание Генри Форда: «Мои рабочие сами могут покупать мои автомобили».
Победа на Волге
Так или иначе, но ноябрьские забастовки в Питере войдут в историю нового рабочего движения России. И не только как пример организованности и сплоченности участников, но и как определенный этап в развитии политического сознания трудящихся. Люди научаются защищать свои интересы и не дают собой манипулировать. Для сотрудников компании «Форд», докеров петербургского порта и машинистов локомотивных бригад в Ленинградской области ноябрь 2007 года запомнится не унылой избирательной кампанией, а острыми социальными конфликтами.
Видимо, не случайно и то, что одновременно с забастовкой на «Форде» произошло другое событие, не менее важное для рабочего движения. 23 ноября профсоюзу «Единство» в Тольятти удалось подписать соглашение с руководством АвтоВАЗа. Неудачно развивавшаяся августовская стачка в Тольятти была своего рода холодным душем для рабочих лидеров. Однако последовавшие переговоры завершились успехом. На фоне общего подъема забастовочного движения менеджмент Волжского автозавода оказался куда более склонен прислушаться к требованиям профсоюза и Всероссийской конфедерации труда, в которую входят и «Единство», и рабочие «Форда».
Встреча руководителя «АвтоВАЗа» Б. Алешина и рабочего лидера Петра Золотарева длилась около 2 часов. В итоге было объявлено, что до 2 декабря будет издан приказ, согласно которому все санкции к участникам августовской забастовки отменяются. Уволенные ранее рабочие Мачихин и Виноградов будут восстановлены на работе, с участников забастовки будут сняты все выговоры и взыскания, им будут выплачены премия за август и 13-я зарплата по итогам года. Отныне профсоюз «Единство» станет равноправным участником комиссии по заключению коллективного договора. По сути, это означает официальное признание администрацией АвтоВАЗа профсоюза «Единство», чего рабочие добивались на протяжении целого десятилетия.
«Когда появился новый Трудовой кодекс, - объясняет президент ВКТ Борис Кравченко, - свободные профсоюзы были в состоянии шока. Их деятельность была резко ограничена, права сведены к минимуму, забастовки фактически оказались под запретом. Попытки добиться справедливости с помощью жалоб, писем протеста и лоббирования политиков ничего не дали. Потом, когда первое потрясение прошло, стало ясно: жить можно и при новом Кодексе, только надо не жаловаться, а бороться. Нынешние стачки по факту меняют практику трудовых отношений. Свободные профсоюзы научаются сочетать конфронтацию с переговорами и добиваться успеха. Рано или поздно Трудовой кодекс тоже будет пересмотрен. Но добьемся мы этого не с помощью политиков, а сами, своими силами».
На таком фоне даже официальная Федерация независимых профсоюзов России, ранее всячески одобрявшая Трудовой кодекс, заговорила о возможности его пересмотра. Лидер ФНПР Михаил Шмаков хоть и с оговорками, но поддержал требования нового рабочего движения. Времена меняются.
Насколько нынешние трудовые конфликты будут иметь политическое значение, вопрос будущего. Но в любом случае, перед нами первые признаки новой общественной ситуации, которая меньше всего может быть описана в категориях соперничества думских партий и политических как бы элит.
Гражданское общество России демонстрирует свою зрелость не возле урн на избирательных участках, а под холодным северным ветром у проходной «Форда».
РАЗМЫШЛЕНИЯ ПЕРЕД ПОСЛЕДНИМ ВОСКРЕСЕНЬЕМ
Написав на прошлой неделе «Памятку неголосующему избирателю», я искренне надеялся, что мне больше не придется писать о выборах в Государственную Думу. По крайней мере, до официального подведения их итогов в декабре. Но два события, произошедшие почти одновременно, заставили меня изменить решение. Сначала мне принесли газету небольшой левой группы «Вперед», передовая статья которой разоблачала жульнический характер выборов, а затем призывала граждан обязательно явиться к избирательным урнам и проголосовать - ради «повышения гражданского сознания». Голосовать советовали как угодно, за кого угодно, только не за «Единую Россию», получившую в газете лестное название «классового врага №1».
Примерно в те же дни я получил письмо коллеги из провинциального города, рассказывавшей о том, как администрация университета принуждает сотрудников и студентов явиться на голосование. Чтобы более эффективно контролировать явку, 2 декабря даже объявили рабочим днем. Студенты общежитий и преподаватели прямо перед занятиями должны будут под присмотром начальства пройти к урнам, установленным тут же рядом.
Сопоставление газетной передовицы с частным письмом показывает насколько слабо столичная интеллектуальная тусовка (хоть левая, хоть либеральная) представляет себе то, что реально происходит в стране.
Для целого ряда категорий избирателей в провинции отказ от участия в выборах (формально не противоречащий закону) сопряжен с риском серьезных неприятностей на работе и требует реальной гражданской смелости, а зачастую и изобретательности. Люди добывают фиктивные врачебные справки, берут открепительные талоны, никуда не собираясь уезжать, или организуют себе дальние командировки. Для государственных служащих, врачей, преподавателей школ и вузов принуждение к голосованию становится важной формой политического контроля.
Проверить, кому человек отдал свой голос, нельзя, зато проконтролировать его явку к урне не составляет труда. Однако вопрос о том, за кого будут голосовать люди, волнует начальство куда меньше, чем сам факт явки. Что опять же вполне логично. Регулярное и обязательное посещение выборов населением очень важно с точки зрения власти. Причем чем более очевидна бессмысленность самих выборов, тем более настойчиво используются имеющиеся в руках властей манипулятивные и репрессивные возможности для того, чтобы принудить нас к участию. Люди должны привыкнуть механически и без возражений совершать определенные действия, даже (и особенно) если их бессмысленность очевидна. Это важнейший элемент системы господства - тренировка покорности. Именно потому на нынешних выборах пропагандистская активность Центризбиркома, развешивающего повсюду дурацкие плакаты с призывами идти на выборы и загрузившего рекламные блоки телепередач своими пошлыми клипами, в разы превосходит пропагандистскую активность всех партий вместе взятых, включая и «Единую Россию».