— Вот-вот, только этого мне не хватало — праздника для души, — фыркнул Селдон.
— Я не говорю о вас, маэстро, — возразил Элар. — Вы пойдёте на встречу с Теннаром. А наше присутствие тем не менее незамеченным не останется и напомнит обитателям Имперского сектора о том, как вы популярны, да и генералу напомнит. А если он будет знать, что мы здесь поблизости ждем вашего возвращения, он ещё подумает, как себя вести.
Наступила продолжительная пауза. Наконец Рейч сказал:
— Нет, это как-то чересчур театрально получится. На папу совсем не похоже.
— Меня это не интересует — похоже или нет, — выпалила Дорс. — Меня интересует только безопасность Гэри. Мне нравится предложение доктора Элара. Раз уж мы не можем сопроводить Гэри на дворцовую территорию, почему бы действительно не разместиться в непосредственной близости от нее? Отлично. Спасибо вам, доктор Элар, очень ценная мысль.
— Я этого не хочу, — замотал головой Селдон.
— А я хочу! — упрямо проговорила Дорс. — И если я не могу пойти с тобой дальше, значит, я буду настолько близко от тебя, насколько это возможно.
До сих пор молчавшая Манелла мечтательно проговорила:
— Как вспомню, какие там гостиницы… Да, там можно чудесно развлечься.
— Развлечься? При чем тут развлечения? — вспылила Дорс. Ну да ладно, приму твой голос в мою пользу.
На том и порешили. На следующий день около двадцати сотрудников Проекта разместились в гостинице «На краю Купола» в номерах, окна которых смотрели прямо на дворцовую территорию.
На следующий вечер к Селдону явились вооруженные гвардейцы и повели его на встречу с генералом.
Примерно в это же время Дорс куда-то исчезла, но этого никто не заметил и никто не стал её искать. Когда же её отсутствие было замечено, все принялись гадать, что с ней случилось, и приподнятое настроение быстро сменилось тревогой.
Глава 14
Дорс Венабили целых десять лет прожила на дворцовой территории. Будучи женой премьер-министра, она имела пропуск на территорию и могла совершенно свободно как уходить с территории дворца, так и возвращаться обратно. На пропуске стояли её отпечатки пальцев.
В суматохе, последовавшей за убийством Клеона, никому и в голову не пришло отобрать у неё пропуск, и вот теперь, в первый раз после того кошмарного дня, ей нужно было пройти на дворцовую территорию и она могла это сделать.
Она всегда прекрасно понимала, что такая возможность у неё только одна — другой не будет, поскольку при проверке пропуск будет сразу же арестован, но сейчас был как раз тот самый единственный случай, когда это было необходимо.
Как только она вышла из-под купола под открытое небо, уже смеркалось и стало заметно холоднее. Под куполом даже ночью всегда было немного светлее, чем на открытом пространстве, а днём — немного темнее. А уж что касается температуры воздуха, то, конечно, под куполом всегда было теплее.
Большинство тренторианцев об этом не задумывались, поскольку всю жизнь — от рождения и до смерти жили под куполом. Дорс же ничуть не удивилась перемене погоды, но это не имело значения.
Она пошла по главной дороге от гостиницы к дворцовой территории. Дорога была прекрасно освещена, так что всё было отлично видно.
Дорс знала, что по дороге ей и ста метров не пройти — тут же остановят. А может, и того меньше — хунта переживала неспокойные времена. Её обязательно заметят.
Предчувствия её не обманули. Ехавший навстречу приземистый автомобиль затормозил рядом с ней, и охранник окликнул ее:
— Что вы здесь делаете? Куда направляетесь?
Дорс пропустила вопрос мимо ушей и пошла дальше.
— Стой! — крикнул охранник, выскочил из машины, а Дорс только того и надо было. Охранник довольно небрежно держал свой бластер — прицеливаться не собирался, просто демонстрировал наличие оружия.
— Ваш регистрационный номер, — потребовал он.
— Вашу машину, — отпарировала Дорс.
— Чего-чего? — недоумённо переспросил охранник. — Регистрационный номер да побыстрее!
Тут уж он поднял бластер.
— Ни к чему вам мой регистрационный номер, — спокойно проговорила Дорс и как ни в чём не бывало двинулась на охранника.
Тот сделал шаг назад.
— Если вы немедленно не остановитесь и не покажете свой регистрационный номер, я выстрелю.
— Нет! Бросьте бластер.
Охранник поджал губы, палец его вот-вот должен был нажать кнопку, но…
Потом он никак не мог объяснить, как же всё произошло. Он только твердил: «Откуда мне было знать, что это Тигрица? (О, настанет день, когда он будет гордиться этой встречей!) Она рванулась ко мне на бешеной скорости, я и понять ничего не успел. Только я собрался пальнуть в неё — я-то думал, это сумасшедшая баба какая-то, а она как кинется… и все!»
Дорс крепко ухватила руку охранника, сжимавшую бластер, и рывком подняла её вверх.
— Бросай бластер, слышишь? — прошипела она. — А не то руку сломаю, понял?!
У охранника сжалось сердце, он ни вдохнуть, ни выдохнуть не мог. Сообразив, что выбора у него нет, он разжал пальцы и бросил бластер.
Дорс опустила его руку, но, прежде чем он успел опомниться, нацелила на него его же собственное оружие.
— Детекторы твои на месте, надеюсь? — насмешливо спросила она. — Только не торопись сообщать о происшествии. Пораскинь мозгами, что начальникам скажешь, очень тебе советую. То, что ты не сумел задержать невооруженную женщину, которая отобрала у тебя бластер, вряд ли им понравится — вылетишь со службы к чертям собачьим.
На глазах у остолбеневшего охранника Дорс завела машину и, набирая скорость, поехала по главной трассе. Десятилетний перерыв сказался — она не могла точно понять, куда едет. Она ехала в служебном автомобиле — что правда, то правда, и вряд ли её теперь должны были сразу остановить. Однако нужно было торопиться, поскольку она хотела скорее добраться до Места. Машина набрала скорость и помчалась, выдавая под двести километров в час.
Такая скорость привлекла внимание. Из радио, установленного в машине, понеслись встревоженные крики с требованиями объяснить, почему автомобиль набрал такую скорость, и довольно скоро детекторы показали, что следом за Дорс гонится другой автомобиль.
Дорс понимала, что объявлена тревога и впереди её уже ждут другие машины, но что с ней могут сделать? Вряд ли её пристрелят — наверняка захотят узнать, кто же она такая?
У въезда на дворцовую территорию её действительно поджидали две машины. Дорс как ни в чём не бывало остановила свой автомобиль и зашагала к зданию.
Двое охранников, судя по выражению их лиц, страшно удивлённые тем, что из машины, только что мчавшейся на полной скорости, вышел не охранник, а женщина без формы, загородили дорогу Дорс.
— Что вы здесь делаете? В чём дело?
— У меня важное сообщение для полковника Хендера Линна, — спокойно ответила Дорс.
— Да ну? — осклабился один из охранников, которых стало уже четверо. — Регистрационный номер, пожалуйста.
— Не задерживайте меня.
— Я сказал: регистрационный номер.
— Мне некогда.
— Слушай, — неожиданно сказал один из охранников, — знаешь, на кого она похожа? На бабу прежнего премьер-министра, доктора Венабили. Тигрицу.
Охранники немного опешили, но всё-таки один из них твёрдо объявил:
— Вы арестованы.
— Неужели? — усмехнулась Дорс. — Если я — Тигрица, вам должно быть известно, что я сильнее каждого из вас и реакция у меня отменная. У меня другое предложение: проведите меня внутрь — все четверо, и посмотрим, что скажет полковник Линн.
— Вы арестованы, — повторил охранник, и сразу четыре бластера нацелились на Дорс.
— Ну что ж, — снова усмехнулась она, — раз вы так настаиваете…
Резкое движение — и сразу двое охранников скрючились на земле, охая и постанывая, а у Дорс в обеих руках оказалось по бластеру.
— Я не хотела делать им больно, — объяснила она, — но очень может быть, что запястья у них сломаны. Вас теперь двое, а стреляю я быстрее вас. Только двиньтесь, только шевельнитесь, и я сделаю то, чего мне делать не хотелось бы, — прикончу вас обоих. Лучше не доводите меня до этого.