Здесь мы вплотную подходим к необходимости анализа второй ипостаси Ленина - женской, известной под именем адежда Константиновна Крупская. Имя это также представляется нам субститутом табуированного истинного имени. Субститут этот переводится как "Постоянная адежда Дарительница Зерна" и, по-видимому, возникает из подмены фигурой Крупской древней богини плодородия и земледелия, что подчеркивается и внешним обликом Крупской - безобразное лицо, большая грудь и чрево, гипертрофированный таз, торчащие зубы.
Генезис этой фигуры мы выводим из мифа о Ленине и его брате Мите (Митя - Дмитрий - Деметрий, посвященный Деметре, богине плодородия). Миф этот, многим известный, изложен в произведениях Зощенко. Он рассказывает о том, что в детстве Митя панически боялся песни о сером козлике, и Ленин нарочно часто пел ему эту песню, нагнетая ужас до такой степени, что Митя с плачем забирался под диван, что явно символизирует смерть и похороны. а это Ленин командовал: "Шагом марш из-под дивана!", и как бы воскрешал Митю. Путем постоянных упражнений такого рода Ленин развил в Мите храбрость до такого уровня, что Митя мог дослушать и допеть песню до конца. Тогда Ильич поцеловал брата и сказал ему: "Вот, теперь ты - мужчина." Я думаю, что анализ этого мифа не вызовет ни у кого затруднений. Здесь Ленин выступает здесь как хранитель тайного знания, необходимого для детско-юношеской инициации. Естественно, что эта функция в примитивном народном сознании с трудом совмещается с отрицанием жизни и смерти, поэтому образ Ленина раздваивается на две ипостаси ипостась собственно Ленина и ипостась Крупской, наподобие мужской и женской апостаси Авалокитешвары или Гуань-Инь. Чем же вызвано такое странное совмещение функций, мы пока затрудняемся сказать.
Крупская во всех мифах цикла ленинианы выступает как скрытая хранительница тайных знаний. Об этом говорят и ее выпученные глаза, роднящие ее с образом лягушки у северо-восточных племен индейцев Америки и Канады. Вся символика, связанная с Крупской, постоянно отражает символику лягушки, а также Бабы-Яги в русских сказках, Бабы-Яги - инициатора, об образе которой так много подробно и отчетливо написано у В.Я.Проппа.
Другую параллель образу Крупской мы неожиданно находим в ирландских героических сагах о Кухулине. Уехав в Британию, Кухулин попадает в замок королевы Скатах, породнившись с которой через ее безобразную дочь Дорнолу, он вступает наряду с другими воинами в орден ее учеников и приобретает в нем магическое военное искусство. Крупская же, как мы знаем, считается основательницей института так называемых пионеров, уникальной в своем роде в Европе организации для старших детей и подростков, где они организованно получали необходимую для социализации в племени информацию и подвергались многочисленным ступенчатым посвящениям.
Заслуживает нескольких слов также фигура Железного Феликса, Феликса Эдмундовича Дзержинского. Это достаточно темный и туманный образ, связанный с символикой холодной, расчетливой смерти, запада чужой, "ночной", "мертвой" стороны, стали, молнии и высшей справедливости. Мы, к сожалению, сейчас не располагаем материалами об этом образе, достаточными для столь же подробного анализа, но обещаем в будущем заняться этим. По нашим предположениям здесь нужно искать параллелей с мифологемами исландских саг или цикла "Кольца ибелунгов", заимствованными нашими предками у варягов в незапамятные времена.
Таким образом, нам постепенно становится ясно, как именно образовались образы, воплощенные в идеологии, искусстве, пропаганде практически во всех социокультурных пластах нашего общества. Продолжая развитие методик, намеченных в этом очерке, мы сможем не только восстановить не дошедшие до нас части картины мифологии начала и середины XX века, но и некоторым образом попытаться прогнозировать развитие ее, имея уникальную возможность сделать это как бы изнутри.
Список литературы:
1. М.Зощенко, "Рассказы о Ленине": Л., "Детская Литература", 1990. 2. В.Бонч-Бруевич, "Ленин и дети": М., "Детская Литература", 1989. 3. В.Бичко, "До нас прийшов Ленiн": Киiв, "Веселка", 1989.
А также:
В.Я.Пропп "Русская сказка"
C. de Lint "Dreamlands"
А.В.Смоляк "Шаман: личность, функции, мировоззрение"
Дж.Дж.Фрейзер "Фольклор в Ветхом Завете"
От Мифа к Литературе. Сборник статей Российского Государственного Гуманитарного Университета
П.Я.Черных "Историко-Этимологический Словарь"
и др.
Игорь Сергеев Михаил Силин
ЕДИНАЯ ТЕОРИЯ
спортивно-оздоровительного клея
(Эссе по прикладной социологии)
"...А ведь я так люблю
их, этих остросисечных
и гладкопопочных."
К.Звездочетов
ЧАСТЬ 1
Введение
Я и Михаил - буферники.Буферники - это определенная социальная категория мужчин.
" Не секрет, - сформулировал однажды Михаил, что культурный
уровень женщин в среднем выше, чем у мужчин в силу традици
онного пьянства последних. Таким образом возникает дефицит
приличных мужчин, поскольку достаточно большое количество
женщин не может найти себе партнера согласно своим культур
ным запросам. Но в то-же время есть люди, достаточно интил
лигентные, и обслуживающие сразу всю эту массу несчастных,
т.е. создающие как-бы буфер между самими женщинами и поис
ками ими мужа. Это и есть мы - буферники. К радости высо
конравственных особей можно смело сказать - нас очень нем
ного, но люди мы творческие."
В частности, целью нашего с Михаилом исследования был улич ный клей (т.е. знакомство с женщинами на улице) и выработка ос новных положений теории. Уличный клей - в отличие от других ви дов клея позволяет достичь наибольшей свободы в выборе контингента, ибо в других местах происходит подбор по интере сам. Например, в мире рок-музыки положение вообще катастрофи ческое. Как правило, женщины там - это гнусные, прокуренные ту совщицы, глупые и несимпатичные, да и тех на всех явно не хватает. Зато хватает там всякой венерической заразы. Другое дело - улица. Сложность представляет лишь укоренившееся табу на уличные знакомства, особенно в Москве и особенно у памятника Пушкину. Это связано с бытующим заблуждением, что "с приличным человеком на улице не познакомишься". А в театре почему-то мож но. А в чем, спрашивается, разница ? Просто дело в том, что по нашим статистическим исследованиям существуют два превалирующих метода уличного клея :
Первый - для дебилов :"Девушка, вы не дадите закурить?"
или "Девушка, вы не скажете,который час ?"- это в 80%
всех попыток.
Второй - садятся на другой конец лавочки и , начав раз
говор, скажем, о погоде или комментируя прохожих, или с
радостного: "Девушка, я вас где-то видел !" медленно
начинают двигать нижнюю часть туловища по скамейке - "
метод дрейфа " - 15%.
Оба метода одинаково обречены и одинаково дескридитируют всю идею. На самом деле, уличный клей распадается на решение ряда задач,каждая из которых реализует одну из нижеприведенных кон цепций.
ЧАСТЬ 2
Основные концепции
1. Концепция мест - одна из основных в единой теории спортивно - оздоровительного клея.
" А знаешь, - изрек однажды Михаил с похотливеньким блес ком в глазах,- что есть места, где снять девушку раз в десять легче, чем где-либо ?"
" Наверняка, но где они ? Кабаки - не то, там мажоры и лимит, коих мы не переносим."
" Хочешь одно навскидку ? Это киноафиша при выходе из Ка дашевских бань !"
" ? "
" А представь психологическое состояние человека после бани. Настроение - во ! Время - есть ! У мужиков первая мысль по стакану ! А у девушек ? Первый шаг - к афише. Вот там и клей. Проверено !"
Концепция мест реализует точное отсутствие целевой установки. Это места, где у людей нет конкретной задачи, есть свободное время и слегка скучно. Это скверы, парки, бульвары, пляжи, ко фейни, афиши и др. По темпу поведения человека в этих местах отсутствие целевой установки определяется с гарантией 100%.