– Ты так говоришь, будто мы их подкупили, – возмутился Грей-старший.
Телефоны продолжали трезвонить.
– Потому что мы действительно дали им взятку, – спокойно заметил Диего. – Ты, во всяком случае, дал.
– Это вообще-то называется бизнесом, Диего. И я тебе не какая-нибудь мафия. И проклятия никакого нет. Если только ты не об этих долбаных трубах.
Тео набрал воздуху в грудь и поднялся по ступенькам трейлера. На его стук никто не ответил, так что он просто взял и вошел. Отец с Диего сидели вокруг маленького столика с бутылкой чего-то золотистого.
– Джером… – начал Тео, прочистив горло.
На площадке он всегда звал отца по имени: все остальное, утверждал Грей-старший, звучало бы странно. Тео думал, что странно звучит как раз это, но отец его игнорировал. Как, например, и сейчас.
Диего кивнул Тео, но говорить не перестал.
– …ты на самом деле не думаешь, что замок проклят, Джерри, и я тоже не думаю. Но задай себе простой вопрос: почему он все эти годы стоит закрытым?
Джером нацедил себе еще один желтый бокальчик.
– Потому что это Италия. Потому что просто никто не приходил его открыть. Какое мне, к черту, дело? Мне нужно только одно: чтобы завтра его открыли опять.
– Нет, Джерри, – Диего покачал головой. – Потому что так написано в книге. В ней говорится о замке – о проклятом замке. И это проклятие вертится у всех в голове, с тех пор как Конни…
Он умолк.
– Что за проклятие? – когда Тео произнес эти слова, отец наконец-то на него посмотрел – правда, с таким выражением, словно тот выдул особенно наглый пузырь из жвачки и громко лопнул его.
Диего подтолкнул к нему по столу изрядно потрепанную книжку.
– Тщеславие. Гордыня. Высокомерная уверенность в том, что кино и деньги куда интереснее тысячи лет местной истории.
Тео уставился на книгу.
– Это все там написано?
Потрескавшуюся черную кожу обложки покрывало тонкое золотое тиснение. Раньше он ее в трейлере не видел. Отец не то чтобы часто читал книги, тем более такие старые, как эта. «Замок Отранто» Горация Уолпола. Вот о чем возвещали золотые буквы.
– Не так многословно, но да, – ответил Диего. – Сам посмотри. История о замке – это на самом деле история о том, как замок был утрачен.
Тео открыл книгу. В глаза ему бросился абзац, отчеркнутый красным по желтоватой хрупкой бумаге.
«Ибо замок и владение Отранто уйдут из рук нынешнего семейства, как только истинный хозяин вырастет слишком большим, чтобы обитать в нем…».
– Вырастет слишком большим? – Тео поднял глаза от страницы. – Это еще как понимать?
– Это так понимать, что нас выгонят из замка, – пояснил Диего, пальцем стуча по словам для пущей наглядности.
– Тут этого не сказано. – Джером вырвал книгу у сына.
– Почему нет? Мы – самая большая компания, когда-либо приезжавшая в Отранто, – беспомощно запротестовал Диего.
– Уж скорее там говорится, что ста тысяч, которые мы заплатили за аренду этой развалюхи, было недостаточно, – гавкнул режиссер. – И теперь нас кто-то подсиживает.
– Ну, или речь о размере твоего самомнения, – ввернул Тео, глядя на отца. – XXL, я бы сказал.
Воцарилось молчание.
– Нашего самомнения, я хотел сказать. Тупые американцы, сам знаешь.
Тео небрежно отбросил книгу, но было уже слишком поздно. Выстрел сделан, пуля попала в цель. Иногда отец его действительно слышал, хотя случалось такое нечасто. Поэтому Тео продолжил трепать языком.
– И к тому же, если кто-то собирается кидаться тут людьми с утеса… я хочу сказать, а кто нынешний хозяин замка?
– Это как посмотреть, – сказал, внимательно глядя на него, Джером. – Думаю, замок принадлежит городу, но угроза есть угроза. Она могла предназначаться любому из нас. Сэр Манфред – в буквальном смысле слова лорд. Пиппа – леди.
– Не особо похожа, – заметил Тео.
Джером улыбнулся, как-то даже смягчившись к сыну.
– Формально, во всяком случае. И есть еще я.
– Ты здесь босс, – кивнул Диего. – Хозяин съемочной площадки.
– И еще Данте, – вставил Тео, стараясь не состроить рожу Диего.
– Кто? – Джером поднял брови. До сих пор любуется своим владетельным гербом, не иначе, решил Тео.
Диего вздохнул.
– Данте. Местный лопух с ключами от замка.
– Кто-кто? – Джером глядел на него совершенно пустыми глазами.
– Парень с ключами, – попробовал помочь Тео, – приносит тебе ленч каждый день. Его зовут Данте.
– А, Данте, Диего – кто их, итальяшек, разберет.
Физиономия Диего приняла оскорбленное выражение. Тео изо всех сил старался не расхохотаться, но что-то такое в воздухе все равно повисло.