— Ничего серьезного?
— Потасовки, что ли?
— Да.
— Нет. Я стараюсь держаться в стороне от остальных. Мне больше платят, и им это не нравится. Зачем мне неприятности? Это теплое местечко. Лучшего у меня никогда не было. Черт, здесь я гвоздь программы. — Она подтянула полы кимоно и обнажила колени. — Жарковато у нас?
— Да, — сказал Карелла. — А с клиентами у тебя когда-нибудь были неприятности?
Марсия стала обмахиваться полами кимоно, как веером.
— А что случилось-то? — спросила она.
— Так были?
— Неприятности с клиентами? Не знаю. Откуда я помню? А в чем дело-то?
— Мы пытаемся выяснить, не хочет ли кто-нибудь убить тебя, — объяснил Хейз.
Марсия перестала обмахивать ноги. Шелк выскользнул из ее пальцев.
— Не поняла.
— Разве я не ясно сказал?
— Убить меня? Какая чушь. Кому нужно убивать меня? — Она помолчала, потом с гордостью добавила: — В постели мне цены нет.
— И у тебя никогда не было неприятностей с кем-нибудь из клиентов?
— Какие еще неприятности… — Она замерла на полуслове. На лицо легла тень задумчивости. На какое-то мгновение она снова приняла облик аристократки — Леди. Но с первым же словом образ исчез. — Думаете, он?
— То есть?
— Меня взаправду кто-то хочет убить? Откуда вы знаете?
— Мы не знаем. Мы предполагаем.
— Ну, был один парень… — Она помолчала. — Не-е, он просто трепался.
— Кто?
— Да один хахаль. Моряк. Он все вспоминал, где видел меня. И вспомнил-таки. В Нью-Лондоне. Я там работала во время войны. Ну, на базе подводных лодок. Неплохой заработок. Он вспомнил меня и давай базарить: его, мол, надули, никакая я не дочь итальянского графа, а шарлатанка, и деньги его должна вернуть. Я не стала упираться, сказала, что я из Скрэнтона, но что за свои деньги он получил сполна, а если ему не понравилось, пусть проваливает. И он сказал, что еще вернется и тогда убьет меня.
— Когда это было?
— Около месяца прошло.
— Ты помнишь, как его звали?
— Да. Обычно-то я не помню, но этот поднял такой шум. Вообще, они все говорят мне свои имена. Первым делом. С порога. Я Чарли, я Фрэнк, я Нед. Ты ведь запомнишь меня, да, милочка? Как же! Запомнишь их! Иных не знаешь, как и забыть-то.
— Но моряка-то ты запомнила, да?
— Конечно. Он сказал, что убьет меня. А вы бы не запомнили? И потом у него дурацкое имя.
— Какое?
— Микки.
— Микки… А дальше?
— Вот и я его спросила: «А дальше? Микки Маус?» А оказалось, совсем не Микки Маус.
— А как?
— Микки Кармайкл. Я еще помню, как он это сказал. Микки Кармайкл. Артиллерист второго класса. Так прямо и сказал. Можно подумать, он говорит: «Его Величество король Англии!» Вот выпендривался…
— Не сказал, где его база?
— Он был на корабле. Это было его первое увольнение.
— На каком корабле?
— Не знаю. Он назвал его консервной банкой. Это линкор, что ли?
— Эсминец, — поправил Хейз. — Он еще что-нибудь говорил о корабле?
— Ничего. Только радовался, что удалось вырваться оттуда. Погодите минутку. Забастовка!.. Что-то такое говорилось про забастовку.
— Пикетчик? — спросил Карелла. Он повернулся к Хейзу. — Это, кажется, из военно-морского лексикона?
— Да, но я не понимаю, какое это имеет отношение к сержантскому составу? Он ведь сказал — артиллерист второго класса? Не матрос второго класса? Не артиллерист — пикетчик?
— Нет-нет, он или сержант, или кто-то в этом роде. У него были красные нашивки на рукаве.
— Две красные нашивки?
— Да.
— Тогда он старшина второго класса, — сказал Хейз. — Она права, Стив. — Он повернулся к женщине. — Но он сказал что-то насчет забастовки?
— Что-то в этом роде.
— Волнения?
— Что-то в этом роде. То ли забастовка, то ли еще что-то.
— Забастовка, — проговорил Хейз будто про себя. — Забастовщики, пикеты, охранение, дозоры… — Он щелкнул пальцами. — Дозор! Он сказал, что служит на корабле радиолокационного дозора?
— Да, — подтвердила Марсия, удивленно раскрыв глаза. — Да. Слово в слово. Он, видать, очень этим гордился.
— Эсминец радиолокационного дозора, — произнес Хейз. — Это нетрудно проверить. Микки Кармайкл. — Он кивнул. — Стив, у тебя еще есть вопросы?
— У меня все.
— У меня тоже. Спасибо, мисс.
— Вы думаете, он на самом деле хочет убить меня? — спросила Марсия.
— Мы это выясним, — ответил Хейз.
— Что мне делать, если он придет сюда?
— Мы до него раньше доберемся.
— А если он проберется мимо вас?