Синтия приветливо улыбнулась.
— Привет, Уильям. Это так мило, что ты вспомнил о соке, — старательно выговорила она, пользуясь случаем попрактиковаться в испанском.
Слуга-испанец серьезно кивнул.
— Вы делаете успехи, сеньорита.
— Э… — с гримасой сожаления Синтия перешла на английский. — А господину Марсо вы отнесли прохладительного? Я думаю, он бы не отказался.
— Разумеется, сеньорита.
Они многозначительно переглянулись, прислушиваясь к сердитому стуку машинки, который доносился из открытого окна кабинета.
Синтия лениво проводила слугу взглядом из-под широких полей соломенной шляпы, когда тот вернулся в дом.
Уильям — безупречный слуга, вышколенный до кончиков ногтей. Он слишком сдержан, чтобы позволить себе выказать хотя бы малейшее удивление в ответ на ее новое неожиданное появление в жизни хозяина. Но, как и пять лет назад, он, несомненно, старался завоевать ее расположение.
Должно быть, Уильям слышал, как Синтия говорила Рику, что без ума от манго, и с тех пор, принося ей напитки, Уильям непременно дополнял их блюдом с роскошными фруктами, причем каждый из них выглядел так, словно на него тщательно навели на кухне глянец мягкой салфеткой.
Синтия налила себе еще ледяного сока. Льдинки в запотевшем кувшине приятно позвякивали. Очистив лоснящийся плод, она погрузила зубы в ароматную мякоть. Бросив косточку на тарелку, Синтия опустила руку и поболтала липкими пальцами в голубоватой воде бассейна. Теплая вода нежно омыла ее кисть. Как чудесно! Может быть, еще разок проплыть до конца бассейна — или не стоит? В этом прекрасном саду, окружающем виллу Рика, она чувствовала себя словно в раю.
Внезапно стук по клавишам машинки прекратился, в следующий миг распахнулась стеклянная дверь, и на пороге показался мрачный, нахмуренный Рик.
Он остановился возле шезлонга, где сидела Синтия.
— Что-то случилось? — робко спросила та.
— Разумеется, — огрызнулся он. — Эта проклятая машинка отказывается работать.
— Неудивительно, если судить по тому, как ты с ней обращаешься. Но я уверена, — поспешно добавила Синтия, увидев, как его брови свирепо сошлись на переносице, — что в Бриджтауне непременно должно быть агентство по ремонту пишущих машинок. Они немедленно пришлют человека.
— Немедленно — это недостаточно быстро. Мне нужно, чтобы ее наладили сию секунду. Ну, чего же ты ждешь?
— Я? — Синтия даже слегка отпрянула и вжалась в спинку шезлонга. — О нет, я не могу…
— Ерунда. Ведь ты достаточно в них разбираешься, чтобы суметь отрегулировать.
— Нет, я только…
— Идем же. Я не могу ждать весь день.
Он схватил ее за руку и поднял на ноги. Синтия неохотно проследовала за ним через террасу в его кабинет. До сих пор они старательно избегала входить сюда и теперь с неприкрытым интересом осматривалась вокруг. Кабинет Рика был оснащен по последнему слову техники новейшими средствами связи.
На столе стояла старая любимая машинка Рика, без которой он не мыслил своей работы. Это была одна из его причуд.
Синтия провела языком по пересохшим губам:
— Но послушай, Рик…
— Чего ты дожидаешься? — нетерпеливо перебил он ее. — Вот тебе руководство по эксплуатации, если понадобится. Приступай к работе, а я пока пойду поплаваю, — и исчез за дверью, на ходу стягивая тенниску.
Несколько секунд Синтия стояла неподвижно. Потом, испытывая неприятное чувство, осторожно присела к столу, как садится врач к постели инвалида.
О да, ей приходилось работать с подобными агрегатами много раз. У нее самой была такая же машинка. Но находиться одной в кабинете Рика…
Конечно, именно поэтому ей так не хотелось входить в эту комнату и только поэтому ее обычно гибкие подвижные пальцы стали теперь непослушными и неловкими. После того, как однажды она неосторожно вошла в кабинет Рика, мир вокруг нее рухнул, и теперь она испытывала почти суеверный страх от того, что раны, которые едва успели затянуться, могут снова вскрыться, и это будет во много раз ужаснее.
Но нет, конечно же нет! Тогда Рику «казалось», что он ее любит. Теперь Синтия была уверена в его любви. А это значит, что он должен доверять ей. Всесторонне образованный человек, подобный Рику, не мог испытывать особых трудностей с такими простейшими механизмами. Может быть, он устроил это нарочно, желая показать ей доступным ему способом, что все подозрения и сомнения остались позади, и отныне он доверяет ей полностью?