И если я мог объяснить такое обстоятельство исполнением обещания Гида, то нахождение рядом Китти – разве что, Новогодним подарком для всех от корпорации. Как бы там ни было – это меня очень устраивало. Удвоил свои старания, в полной мере прочувствовав на собственной шкуре тяготы жизни крота.
Кошка тоже пыталась мне помочь, но больше мешала. Для её ли лап было это сплетение металла, острых щепок, травы прерий, камней, размокшей земли и нефти! Так что я решительно оттеснил её обратно, заявив, что широкий лаз нам ни к чему и с ним я сам как-нибудь справлюсь, а ей поручается ответственная миссия транспортировки всего, что я выгребаю из прохода, дальше в яму, спасшую нас.
Ещё пара часов работы и мы снова оказались под палящим солнцем. От земли шёл пар. И всё видимое пространство превратилось в покрытую глиняной коростой равнину, которая показывала путь торнадо. Все постройки на острове перестали существовать, превратившись в неровные холмики, подсыхающей грязи. Из одного из таких мы только что выбрались. Дыра художественно чернела у подножия.
Если бы представлял, как это будет выглядеть снаружи, то стал бы разбирать завал в иную сторону – вылезли бы гораздо раньше и труда затратили бы меньше. Но что уж есть, то есть.
То, что вокруг когда-то находилось нефтяное озеро, даже представить было теперь трудно. Но оно всё же было, замаскированное, но не менее топкое. Только как теперь найти проход обратно на твёрдую землю? Придётся отмотать собственные воспоминания и сопоставить их с действительностью.
Телепортационный кристалл всё ещё был разряжен или, как мне представлялось, просто в этой локации не работал, как и большая часть магических предметов. Надо полагать, что всё основанное на механике и паровых двигателях, а возможно, что ещё на электричестве - только это действует здесь. Придётся приспосабливаться.
- Слушай, Гринго, - как-то несмело, обратилась ко мне Китти, - а у тебя нет ничего из еды или питья?
Я как раз, подойдя к предполагаемому месту расположения мостков, тыкал вокруг него найденной железякой. Живот призывно взвыл, давая понять, что: сколько его желания не игнорируй, сытее от этого не станешь.
- Не-ет, - протянул смущённо, - пищи нет. Я же не готовился к дальнему походу. Предполагал сразу вернуться. Есть только две малые фляжки с водой и … три бутыли вина из закромов Самума. – Каюсь, не удержался! Продать коллекционное вино ресторации Томаса «Вольный втер» на главной площади Либрана можно было за кругленькую сумму. – Есть ещё зелье, избавляющее от жажды и голода на короткое время, но это уже на крайний случай!
Водой я, конечно же, поделился: фляжка мне и фляжка девушке. Но её было катастрофически мало и приходилось экономить. Открыл крышку, облизал губы и решил, что ещё не пришло время сделать первый глоток.
Китти так же гипнотизировала свой сосуд, а потом так же решительно его закрыла и убрала в багаж. Потом скривилась, посмотрела вдаль на синеющие горные вершины и выдала:
- А-а, давай, одну бутылку вина на двоих разопьём, - и уже с большим энтузиазмом добавила, - вино же не сильно пьянит. И к тому же бодрит и питает.
- Ага, - протянул я. Плакали мои денежки! Но соблазн был велик, - давай.
То ли мы были настолько голодны, то ли вино было крепче, чем положено, только вместе с приданием бодрости и веселья, оно основательно так прибавило легкомыслия. Мы перестали куда-либо спешить, уселись на обломок бревна, торчавший из хлама, и не сразу отреагировали на треск моторов, явственно приближающегося к нам транспорта.
Летящий воздушный монстр, машущий чёрными крыльями, который увеличивался на глазах, вызвал приступ эйфории. Отчего-то показалось, что это наш выигрышный билет: нас приютят, накормят, напоят, хотя, пожалуй в последнем мы уже не нуждались, и отвезут в Спрингфилд, который значился на карте, как следующий чекпоинт миссии.
Мы вскочили на ноги с целью обнаружить себя и заголосили, подскакивая и размахивая руками. Радость от халявы оказалась, явно, преждевременной.
Ибо только после того, как нас заметили и повернули навстречу, ещё прибавив скорости, мы узрели на мачте «Весёлый Роджер».
Это тут же выбило хмель из головы. И если кошке это грозило только пленом, то мой внутренний гоблин-гном внутри взвыл, ибо терять ему было много чего, кроме собственной шкуры. Ведь обдерут же до нитки! В лучшем случае нас ждало рабство, ну а в худшем…
Мы дружно юркнули за какой-то грубый щит, оказавшийся при ближайшем рассмотрении окованной металлом дверью, принесённой ураганом из неведомых далей. На середину своей величины она утопала в почти окаменевшей грязи. Хоть какое-то укрытие.