- Я ещё кое о чём хотела тебя спросить, – она надкусила хрустящий белый хлеб и подняла янтарные глаза на меня. – В гильдии ходил слушок, что кто-то прислал заказ на двух благородных вампиров. И Кармелита поговаривала о том, что отправит на одно из заданий тебя.
- Двух? – этот факт, пожалуй, заинтересовал меня сильнее всего. Кармелита часто рисковала – это было как яичница на завтрак, так же обычно для неё. Она не боялась отправить на верную смерть молодого охотника, говорила, что только так от юного поколения будет толк. Только так они столкнуться с настоящей опасность. М-да. А я сплю со своей «настоящей опасностью». Хоть анекдоты на эту тему пиши.
- Вроде бы... Сын графа Дракулы, который долгое время находился под условиями контракта о неприкосновенности, и, кажется, какой-то отпрыск их клана. Не знаю, но по слухам – аристократ. Понятия не имею, кто отважился на такой безумный заказ, но это что-то да значит.
- Что же?
- Люди смелеют, а значит, охотники гораздо ближе в этой нескончаемой войне к победе, нежели вампиры. Мы можешь усыпить благородных и аристократов, а после упрятать на дно Марианской впадины в десяти титановых ящиках.
- Начнётся безумие, Моника, – я оставила чашку в сторону и серьёзно посмотрела на женщину. – Пропади благородные, высшие, вся грязь выползет из укрытия и они начнут творить беспредел. Единственный существующий клан оборотней поспешит уносить ноги, а единичные остатки ведьм спрячутся в своих потайных измерениях. Вампиры – самое опасное, что только может быть и вы хотите начать убивать с их руководителей. Это не правильно, просто потому, что не будет руководства, так озверевшие совсем по сходят с ума и поубивают тысячи людей.
- Считаешь, нужно убивать низших? Но их нескончаемое количество, Рита.
- Поговори об этом с мамой, Кармелитой или кем-то ещё, на досуге, – я пожала плечами и взглянула на вибрирующий телефон. Пришло СМС. От мамы: “Папа пока что не пришёл в себя. Я в порядке. Через пару дней будем дома.”
- Так что насчёт заказов? Кармелита уже прислала тебе письмо? – вдруг поинтересовалась Моника, пережёвывая жареный хлеб.
- Да, – выдавила я, отводя глаза. Не стоит, думаю, говорить, что заказы, о которых она говорила уже пришли. Правда на одного из высших, но, пожалуй, не будь я с ним знакома, сочла бы это за билет в один конец. Напасть на высшего вампира, пусть его силы и ограничены. Безумие. – Но среди них не было высших.
- Ладно, – она встала из-за стола и быстрым шагом отправилась наверх. Я сполоснула чашку и опомнилась, что оставила кровать в ужасном состоянии, да и не прибирала вещи с пола. Взглянув на время – его было ещё достаточно, я отправилась наверх. Много времени это не составило и застыв на пороге собственной комнаты я увидела Монику, читающую письмо из ГОЗГ. Вероятно, я выронила его или...не помню, что с ним могло случится. Не до письма мне было. Её глаза округлились и она подняла их на меня, хватая губами воздух, словно рыба.
- Мне повесить на дверь табличку, что бы сюда никто не входил? – фыркнула я, хмурясь. Не хватало ещё поругаться с Моникой.
- Зачем ты соврала? – она непонимающе дёрнулась и нахмурила тонкие брови. Оббежала пуф, закиданный одеждой, мельком окинула сбитую кровать, на которой спал кот и встала передо мной, словно вкопанная. – Ты испугалась? Или...
- Или что? – я вздёрнула бровями, выпрямилась и скрестила руки на груди.
- Может ты... – она запнулась и прикусила губу, отводя глаза. Это было страннее, чем что либо вообще. В принципе. От меня что-то скрывают. Я вижу. Я слишком хорошо знаю Монику и этот взгляд, закушенная губа и шуршание холодным белых пальцев на бумаге, которая почему-то не обожгла руки Монике. Иммунитет охотника, выработанный у вампира. Гениально! Вампир против вампиров! Или самое бесполезное оружие. Потому что слабое.
- Что?! – я надулась и сердито выдохнула, выхватывая из её рук письмо и сжимая его в бесформенный комок. – Ты хотя бы думаешь головой своей? Или тебя ведут идеи и принципы Кармелиты?! Я – семнадцатилетняя школьница, голова которой забита логарифмами, популяциями видов, органической химией и прочей школьной ерундой! Я просто не могу прикончить пятисотлетнего вампира, с таким видом, будто это моё любимое занятие по четвергам или субботам после полудня!
- Рита?! – Моника как-то пошатнулась и удивилась. – Ты намного способнее своих родителей, разве нет? Я не однократно видела, как, прошу заметить, десятилетняя девочка кидает ножи в мишень с такой точностью, будто она родилась с этим ножом в руках! Я видела, как маленькие руки одиннадцатилетней девочки вырезали глаза вампиру! Я видела, как ты, юная совсем, позволила себе ударить высшего вампира, сидящего в плену гильдии!!! И ты говоришь мне, что не способна убить пятисотлетнего вампира? Ты способна на всё!
Я отошла от неё на шаг и хватая телефон, который внезапно зазвонил, выбежала из дома, схватив сумку и накинув обувь. Мне вдруг стало не хватать воздуха. Захлопнув за собой дверь, я сдвинула слайд на телефоне и прижала его к уху, при этом часто и быстро вздыхая и выдыхая. Понятия не имею, что она имела под высшими и вырезанных глазах... Да и ножи я всегда метала так, что все близ стоящие разбегались в соседние комнаты. Бред какой-то.
- Рита? – в трубке раздался приятный бархатистый, слегка приглушённый голос, от которого паника только возросла. – С тобой всё в порядке?
- А-а-а, – протянула я, заглатывая воздух и быстро перебирая ногами, в надежде по скорее убежать от дома. Не знаю, что на меня такое нашло. Перед глазами мутнело и в голове всплывали странные силуэты – воспоминания – которых никогда не было. Не могла разобрать ничего и от этого только тяжелее дышала, одновременно краснея, потому что его голос кипятил кровь. Даже голос. Я не вижу его, но точно знаю, какое выражение лица у него сейчас. Ухмыляется, сверкает голубыми глазами, словно огоньками пылающего синего льда.
- Кросс, ты в порядке? – прозвучало снова и я остановилась посреди дороги, закрывая глаза и вздыхая полной грудью, отчего топ заёрзал и приподнялся, сложившись некрасивой складкой над моей грудью.
- Прости, – выдавила я, прикусывая губу и сжимая вторую руку в кулак. Чёрт. Это странное состояние с головокружением и волна лёгкой дрожи, от которой становится одновременно приятно и мерзко... совсем выбивают меня из колеи. – Со мной...всё в порядке. Просто... Не важно.
- Ладно, – в его голосе послышалось разочарование. Никогда не слышала, что бы этот идеальный голос, вызывающий трепет внизу живота, звучал так грустно. Даже не думала о том, что он может так звучать. Я ещё раз глубоко вдохнула и пошла дальше, теперь размеренно и более спокойно, сжимая ремень сумки. – Выспалась?
- Вроде бы да, – я пожала плечами, хотя знала, что он этого не видел. Вообще эта странная привычка быстро приелась мне после общения с Каем. Заразное пожатие плечами. – А ты?
- Мне же не обязательно спать,- он звучно усмехнулся и послышались громкие глотки, а после удовлетворённое «а-а-ах». – Из вежливости спросила?
- Пыталась не думать о том, что ты живой труп, – я цокнула, закатила глаза и переступила через высокий бордюр, случайно топнув в маленькую лужу, вода от которой разлеталась и попала мне на обувь. Грязная мутная жидкость растеклась коричневыми пятнами. Отстой.
- Труп...м-м-м, как грубо, Рита.
- Констатирую факт.
- Мне больше нравится: «дееспособный сексуальный мертвец», – на фоне его голоса был странный стук, напоминающий стук шпилек о кафель, затем женский голос, совсем не знакомый, к счастью, не слышала о чём говорит эта девушка.
- Всё равно – труп, только приукрашенный несколькими прилагательными, – я гордо вздёрнула подбородок и прошла в распахнутые ворота школы, на кампусе которой тусовались ученики. В основном старшеклассники, среди них даже заметила знакомую мордашку родного брата. И как он только успел опередить меня. – Ты сегодня в школе появишься?
- Да, – снова какой-то посторонний шум, а после гул ветра в динамике. – Увидимся.
- Увидимся, – ответила я нажала отбой, спрятав после телефон в карман джинсов. Я прошла по асфальтированной дороге кампуса, преодолела невысокую но крутую лестницу и оказалась внутри здания. Тут толпились школьники и явно эта толкучка была не без причины, так как шли страстные обсуждения чего-то, вероятно, крайне важного, но чего именно я не уловила. Прошла к шкафчикам и застала очень неприятную картину. На фоне этой шумихи и толкучки, три вычурные барышни, которые сразу не понравились мне и мне отчаянно рекомендовали не лезть к ним, откровенно говоря, чмырили Кэтрин. Блондинка прижалась к холодной неровной стене из многочисленных шкафчиков и испуганными глазами смотрела на них, пока одна из девушек – высокая шатенка с заштукатуренным лицом и грудью, что вываливалась из откровенного декольте – тыкала в неё пальцем и что-то сердито говорила.