- Ты ничего не видела, – она подмигнула. – Хорошо?
- Да-а, – протянула я, однако осадок остался и хотелось задать пару вопросов. – Можно спросить?
- Если ты хочешь сказать мне, мол, ты же замужем, имей совесть, то лучше помолчи, ради всего святого. Ты бы знала, какой мой муж увалень... Ох! – она раскинула руками, действительно раздражённо вздыхая и морщась, наверняка, от одного упоминания собственного мужа.
- Развелись бы, – я пожала плечами и вздохнула. – Двадцать первый век на дворе – заплатили денег и разбежались.
- Представь лицо работника Загса когда он увидит дату заключения брака, – она усмехнулась. – Явно возникнут вопросы, почему он был закреплён официально в тысяча девятьсот девятнадцатом.
- Сделать новые паспорта? – я вздёрнула бровями.
- Слишком много мороки, – она усмехнулась. – То ты не знаешь, как сейчас всё работает. Медленно, скудно и вдруг фотография будет с уголком или типа того.
- На самом деле я не об этом хотела Вас спросить, – я улыбнулась уголками губ и Диметра поджала губы, явно не ожидав. – Вы не видели тут кого-нибудь ещё? Никто не выходил на балкон?
- Именно сейчас? – переспросила Диметра, зашагав к балкону и я пошла за ней. Мы вышли на свет и она пристроилась у стены, осматривая огромный зал, над которым висела огромная хрустальная люстра, сияющая золотым огнём. – Сейчас никого не заходило и не выходило.
- Ладно, спасибо, – я ей кивнула и застыла на месте, рассматривая зал отсюда. Так он казался чем-то отдалённым и слишком шумным, в то время как здесь было значительно тише.
Скосив взгляд на Диметру я увидела блеск в её желтоватых глазах, её пухлые губы кривились в тёплой улыбке, эта улыбка напоминала ту самую улыбочку, когда девушка рассматривает предмет своих воздыханий. Проследив за движением её глаз единственный, кого я увидела под давлением её внимательного взгляда был Макс.
- Правда он очаровательный мальчик? – подходя к перилам, спросила меня Диметра и её губы растянулись в более широкую улыбку. – Он точная копия своего отца, ты знала об этом?
- Догадывалась, – я пожала плечами и встала рядом с ней. Теперь я тоже наблюдала за брюнетом, от взгляда на которого возникали смешанные чувства. Я не знаю, что со мной происходит, когда я рядом с ним. Это как... как какой-то взрыв, волна эйфории и боли одновременно. – Дракула тоже был таким...
- Красивым? – она вздрогнула и чуть-чуть вздыбилась, словно подозревающая что-то кошка. Я отрицательно помотала головой, постучав по перилам ноготками. – Дракула был очень интересным человеком и всемогущим вампиром. Не плохой правитель, пусть многие и говорят, что был он тираном. В моих глазах он был куда лучше того же князя Фрау, который никогда не выделялся любовью к вампирам.
- Но князь сам был вампиром, – я провела взглядом лёгкое движение её коротеньких худых пальчиков.
- Отчасти, – Диметра покачала головой. – Он был больше магом, чем вампиром. Ему нравились эти все блестящие заклинания, призывы демонов, игра с чем-то более могущественным, чем он сам. Я не отрицаю и того, что князь Фрау был отличным руководителем, но только в рамках собственного клана, и то, до тех пор, пока не повернулся на идее идеальной армии.
- Ох, – я вздохнула. Желание расспросить о Фрау рвалось наружу, даже поджимая где-то в горле комком, но всё-таки тема старшего сына Дракулы была мне куда ближе. – Мы ушли от темы.
- Хм, – он вдруг усмехнулась по лисьему. – Тебе тоже он интересен, не так ли? О! Ничего не говори, дорогуша. Я сама всё вижу! Этот чёртов кусок льда любой девчонке голову вскружит. Знала бы ты, какой интересный роман у него был с дочерьми Агаты Миронии. М-м-м.
- С дочерьми? С несколькими? – я удивлённо приподняла бровь и приоткрыла рот.
- Венди и Мелди Миронии, две розочки в зарослях шиповника. Помнится мне... Они обе были такие красивые. Белокурые, стройные и грациозные. Девушки, как на подбор. Жили себе спокойно, пока этот красавец не явился из Южной Америки. По началу мы с Агатой думали, что он захаживает к старшенькой, Венди. А потом оказалось, что забавляется с ими обеими. Сначала девочки были в восторге. А потом начали делить. Только так и не определились...
- Почему? – заинтересованно склонив голову в сторону Диметры, тихонько спросила я, осматривая высокую фигуру брюнета внизу сверкающего зала.
- Умерли. – Сухо сказала де Ларс, пошатнувшись и сжав губы. Видимо, эта история была для неё не из самых приятных. – Мои маленькие племянницы захлебнулись в собственной крови по вине своей тупости. Вот до чего их довела любовь к нему...
- А вы не боитесь, что когда-нибудь это случится и с вами? – слегка вздёрнув подбородок, я взглянула на вампирессу, которая подарила мне раздражённый и взволнованный взгляд желтоватых густо накрашенных глаз. – Я тоже кое-что вижу...
- Я давно его люблю, – она улыбнулась. – И его отца я любила. Владислав был менее холоден, нежели его сын. Я так и не разгадала загадку этого их различия... Ни в Анне, ни в Владе нет такой замкнутости собственных чувств и нет мании к постоянному контролю, какая есть у него. Я очень часто размышляю над тем, что произошло в его жизни такого, что заставило этого храброго и доброго мальчишку, стать таким чёрствым и холодным... Ты не замечала, нет? Не замечала в нём этой... Жестокости, что ли?
- Вы не находите странным обсуждать его? – я скривилась. Диметра отрицательно покачала головой, улыбаясь как-то совсем по-доброму. – Что ж... Я его фактически не знаю. Но уже успела кое-что натворить и уяснить для себя. Он бывает... Воплощением дамской мечты: умный, забавный, болтливый и добрый, но есть тонкая грань между этим прекрасным его состоянием и тем, когда этот жизнерадостный человек становится безжалостным вампиром, каждым своим словом и движением раня, словно лезвием ножа.
- Дать тебе совет, Маргарита Кросс? – Диметра выпрямилась и встала передо мной во весь рост. К счастью, она была не намного меня выше. Кажется, даже, чуть-чуть пониже. Хотя в общих чертах она в принципе была меньше меня. Она была худенькая, аккуратная и миниатюрная.
- Скажете, что думать о нём плохая идея? – я кивнула в сторону зала, намекая на Карса. Диметра улыбнулась уголками пухлых губ, помада с которых давно стёрлась и лишь какие-то клочки алой помады виднелись в серединке губ. – И мне стоит подыскать партнёра под стать себе?
- Если говорить именно о партнёре, то спать с ним – идея очень даже хорошая. Вряд ли кто-то сделает тебе лучше, чем вампир. Касаемо мыслей – думай, мечтай, но сильно не увлекайся, утонешь в них. В итоге не выберешься. Будешь безумно грезить и сходить с ума, пока ему будет всё равно и единственное, что будет тебя ждать, так это блеск ледяных глаз, возможно, пока его зубы впиваются тебе в запястье. Макс никогда никого не любил, Рита. И не полюбит – это заложено в его природе. Если бы он мог, давно бы обзавёлся хотя бы подружкой. Всё только игры, да потехи в постели. В общем-то, вот тебе мой совет, bellezza*, будь начеку и держись молодцом. Каков бы настойчив не был его интерес, в конечном итоге тебе разобьют сердце. Займись кем-то или чем-то другим, caro*, не прожигай свою молодость на древнего вампира! Buono*?
- Хорошо, миссис де Ларс, – я улыбнулась и кивнула Диметре. Женщина быстро зашагала по тёмному коридору, стуча каблучками. Я смотрела ей в след и тяжело вздохнула. Всё-таки она не очень мне нравиться. Вроде бы она добрая и болтливая, но есть в ней что-то... Что-то такое, что просто берёт и отталкивает. Ещё и этот итальянский акцент, который как-то совсем противно режет уши. Но всё, что она сказала мне... Ещё больше размышлений, ещё больше самоуничтожения из-за какого-то вампира. Не могу выбросить его из головы. Ещё и Кай... Они двое, как две противоположности, но к каждому по своему влечёт. Кай весёлый, милый и отзывчивый. Болтливый, забавный, смелый. К тому же не сказал мне ничего, что могло бы нас рассорить. А Макс... Это Макс. С ним, кажется, стало настолько тяжело после всего, что произошло раньше, а так же в том числе вчера.
После неприятного разговора со старшей сестрой, в котором было очень мало внятных слов, так как Слава была в стельку, Римма улизнула из-под носа мачехи и остальных гостей, что бы в кой-то веке развеяться и поболтать с тем, с кем ещё днём назначила встречу. Девушка быстро переоделась в более удобную одежду, состоящую из: плотных чёрных штанов-галифе, синего вязанного свитера с высоким горлом и чёрных классических кед. Она распустила волосы, прикрывая синяки на щеках, и схватив мобильный телефон с уголка прикроватной тумбочки, удалилась из собственной небольшой комнатки через окно. Приземлившись на ноги, девушка оглянулась по сторонам и уверенно зашагала к кованным воротам. Она провела пальцами по экрану телефона, набрала нужный номер и принялась писать СМС, одновременно оборачиваясь, чтобы ненароком не наткнуться на какого-нибудь гостя, который может быть решит высказать ей свои соболезнования или наоборот, полить её покойную мать грязью. За весь приём девушка наслушалась достаточно, чтобы написать книгу: тысяча и одно оскорбление в адрес покойной мамочки. Римма как никто другой любила свою мать, потому что кроме этой женщины никто не дарил ей любви. Брат был строг и иной раз вовсе не замечал, сестра откровенно ненавидела, а отец сначала был добр и мил, а после превратился в кусок льда, изумительно игнорирующий младшую дочь. Так девчонка и росла без друзей и какого-либо уважения по прихоти первых двух детей Дракулы и его жены в том числе. Те постоянно поливали ей с Анжелин грязью, порой совсем не стесняясь их присутствия при разговоре. За это Римма часто подумывала о побеге. Ей хотелось исчезнуть из этого мира, где каждый ненавидит её, называя то выродком, то причиной разрушения крепкой семьи, то мелким ублюдком, выползшим из чрева низкопробной женщины. Однако каждое утро она просыпалась во всё той же постели, во всё том же доме с теми же людьми.