—Лапша с мясом, что здесь, что там.
Может и сейчас не заметит. Я не учла, что нормальная шарлотка от приготовленной мной сегодня отличается больше, чем макароны с фаршем от дешевой болоньезы. Поэтому скоро Кира со всей присущей ей прямолинейностью заявила:
—Какая гадость! Что с шарлоткой? А?
Я лишь энергичнее заработала челюстями, притворившись на время глухонемой. Кира тоже была не пальцем деланная:
—Вкусно?
В голосе подруги слышалась издёвка. Я начисто проигнорировала интонацию и кивнула, изображая полную поглощенность едой.
—Колись, Роуз. Я тебя хорошо знаю. Что с шарлоткой? Учитывая, что ты не выплюнула гадость и изображаешь неземной восторг с выражением лица «Помогите!», дело не в испорченных продуктах.
Ишь, какая проницательная.
—Выплюнь бяку,—командным тоном произнесла подруга,— и повествуй.
Делать нечего. Проглотив последний кусок, я понуро опустила голову и жалобно принялась объяснять:
—Я сделала все по рецепту, как всегда. Яблоки засыпала корицей, белки от желтков отделила, взбила. Белки так сегодня поднялись, тесто бы воздушное получилось, но…
—Но…
—Но сегодня получилось не совсем тесто.
—Это как же?
Кира испытывающее смотрела на меня. Раз уж начала, выкладывай, дорогая, все до капли.
—Я задумалась и забыла об одном ингредиенте, который в принципе и образует тесто.
—Яблоки есть, судя по рассказу яйца тоже,—подруга загибала пальцы, все ближе подбираясь к сути,—мешанина, сама сказала, что это не совсем тесто, сладкая, то есть сахар ты не забыла, остаётся…
Кира молчала, но ее челюсть отвисла, а глаза распахнулись так широко, что я бы посмеялась над глупым видом подруги, если бы не знала, что мой сегодняшний подвиг не переплюнуть.
—Да ладно…
—Я просто задумалась,—я оправдывалась, прекрасно осознавая тщетность попыток,—ты болтала об убийстве, отвлекала меня, я тоже стала размышлять и…
Кухню раздался взрыв хохота. Он душил подругу, та сгибалась пополам и утирала слёзы.
—Неподражаемо,—сквозь смех выдавила Кира,—Роуз, это высший пилотаж. Забыть положить в пирог муку…
Дальше я не слушала. Вышла из кухни, как следует хлопнув дверью. Пусть знает, что обидела меня. Ну забыла муку, и что с того?
Демонстративный уход к уже сказанному обосновывался нежеланием мыть посуду. Я готовила, результат не важен, значит, тарелки не моя забота.
Глава 4.2
Роуз
За завтраком все пришло в норму.
—Прости, я не должна была смеяться. Ты старалась, а…—Кира замаскировала непроизвольно вырвавшийся смешок за приступом кашля, и примирительно сказала,—с каждым может случиться.
Я и не собиралась дуться, скандальное настроение улетучилось ещё накануне вечером.
—По-моему, вчера остановились на том, что Катю точно убили, причём сделал это кто-то из своих.
Кира обрадовалась смене темы и с готовностью включилась в беседу:
—Вопросов меньше не стало, но тут хоть в общих чертах. А вот, что случилось с твоей начальницей сокрыто туманом.
—По мне, так несчастный случай. Сколько людей каждую зиму сосульки на тот свет отправляют.
—Или выглядит таковый,—здесь я не могла определиться, но знала, что с энтузиазмом поддерживать версию подруги не стоит, она и так слишком рьяно взялась за расследование, результаты пока неутешительные.
—Возможно.
—Кто знал, что Ульяна будет проходить мимо дома, откуда ей на макушку спикировал кирпич?
—Ответ такой же, как на вопрос о том, кто был знаком со сценарием. Все.
—Плохо.
—Не то слово. Вокруг здания офиса уже несколько недель ремонтируют дорогу и заканчивать не планируют, поэтому все автомобилисты вынуждены парковаться, где придется. На платных парковках, на стоянке рядом с торговым центром, особенно жадные и терпеливые ищут места во дворах. Местные как раз разъезжаются на работу, а наши занимают их места. Ульяна относилась к последним. Так вот, жители двора, где начальница получила по голове, поставили шлагбаум, то есть припарковаться именно там нельзя, но при остановке в любом из ближайших дворов, через него лежит самый короткий путь.