Янника шла к городской стене. С неё открывался невероятный вид на просыпавшийся город. Там можно было в одиночестве вдохнуть напоследок сладкий запах родных мест, чтобы унести его с собой к холодным звёздам.
Янника не спешила. Она поднималась на городскую стену, неспешно отмеряя шаги по каменным ступеням, и в её душе звенела, вырываясь наружу горькая песня о любви и прощании.
Янника пела на священном языке самой Снежной девы… Далеко со стены летел серебристый девичий голос И казалось, просыпающийся рассвет вторит ей звуками прощального утра.
- Флёй, сангё минь! Фра хёй мюре! Бёрь, сангё минь, штемень мин леньге – леньге… Лё минь ленгсель эттель мит хьёмлень…
- Лети, песня моя! С высоких этих стен. Неси, песня моя, голос мой далеко-далеко. Пусть тоска моя по родной земле росой умоется. Пусть сердце моё на чужбине без тебя успокоится. И живущим здесь радость оставляю я. Чтобы вспоминали добром вёльву старую и меня, вёльву юную, вёльву неразумную. Прощай!
Голос Янники серебром разлетался по округе в холодном рассветном воздухе. Прощай…
Стоя на стене, под звуки собственного голоса девушка вспоминала, как выполнила последнюю волю Хейдуши.
***
Дуся в тот день увязалась за ней в Озёрный край.
- Не отпущу одну! – топнула ногой девчушка и, быстро смахнув непослушные слезинки, что всю неделю капали из её ясных глазок совсем без ведома хозяйки, побежала собираться.
- Хейдушина лохань под двойным весом совсем развалится! – попыталась воззвать Янника к разуму непослушной девчонки.
- А ты не жри на ночь, вот и не развалится, – буркнула Дуська и добавила: – не трынди, не куплюсь! Лохань из морёного криппа сделана. Он вечный!
Вот что делать с ней? Брать с собой, конечно же…
Девчонки приземлились прямо во дворе княжеского дома, минуя стоявшую у высоких стен поместья охрану.
- К князю Сверборгу-могучему дело имеем, – веско прозвучал Дусин голос среди молчаливой княжеской челяди, что выбежала на крыльцо встречать нежданных гостей.
- Князь не принимает, уважаемые! – попытался остановить девушек плотный мужчина в одежде управляющего.
- Передайте князю, что мы выполняем волю хозяйки Дергиборга – вёльвы Хейдриенн Бретис. И не уйдём, пока он нас не примет.
Как и предполагала Янника, имя «Хейдриенн» открывало в Озёрном крае все двери.
Сверборг - могучий нисколько не изменился с того времени, что Янника видела его в последний раз. Та же стать, тот же могучий разворот плеч, тот же властный голос. Седины только прибавилось …
- И что пожелала передать мне высокородная иллике Хейдриенн Бретис? – князь не признал черноволосую Яннику и теперь с удивлением и отеческим удовольствием рассматривал двух колоритных девчонок в вёльвиных плащах, что потревожили его в это утро.
Янника протянула князю большую стопку писем, перетянутых нежной розовой ленточкой. Первое письмо в этой стопке было неровно свёрнуто, и каждый, кто держал его в руках, без труда мог прочитать первые строки, написанные аккуратным женским почерком: «Любимый муж мой, Борги… Прости, что пишу так поздно… Но твоя Хейди всегда была слишком недальновидна…»
Янника видела, как тяжёлая тень набежала на лицо князя, лишь только письма попали ему в руки. Он, задержав на мгновение пачку в руках, ровно настолько, чтобы успеть прочитать первые строчки, отложил её небрежно на высокий стол и повернулся спиной к девушкам.
- Как поживает высокородная Хейдриенн? – спросил он глухо и резко. – Может, благородная иллике не знает, что почта Снежного края работает без перебоев? Так передайте ей…
- Не получится… – прервала его Янника.
Князь повернулся и снова взял в руки письма, снисходительно ожидая продолжения. Его лицо не выражало никаких эмоций, кроме обычной аристократической вежливости.
- Хозяйка Дергиборга, – начала мужественно Янника, сглатывая подступивший к горлу ком, – любимая и почитаемая всеми вёльва Хейд умерла три дня назад в Необорге. Последние слова, что она сказала, были о Вас, князь.
Янника поклонилась и, не дожидаясь никакого ответа, потому как воля Хейд уже была выполнена, пошла к выходу, крепко зажав Дусину ладошку в своей.
- Постойте, девочки! – остановил их в дверях голос князя. – Как она умерла?
- Её убили… – Янника повернулась.
Князь стоял там, внутри большой комнаты, растерянный и неловкий. Руки теребили розовую ленточку, пытаясь развязать лёгкий узелок.
- Хейди убили?
- Да…
- Кто?! – в вопросе зазвенела воинская ярость и сталь.
Янника вздохнула глубоко, потому что слишком трудно было не плакать, слишком болела ещё незажившая рана потери:
- Вёльва Хейд не просила мстить, князь. Письма к Вам – вот её последняя воля. Будьте счастливы! Живите долго!
Янника поклонилась, и они с Дусей вышли.
- Это его наша Хейдуша любила? – прошептала Дуся.
- Не знаю, она не говорила.
- Точно любила!
***
Янника пела на городской стене. И всё было в этой песне: и горечь невосполнимой потери, и тоска по родному дому, и надежда на будущее, и любовь. Купол над городом качнулся, и девушке показалось, что он впитал в себя в себя её последние слова, как впитывает рассохшаяся земля долгожданную влагу.
- Прощай… – прошептала Янника куполу, и серебристая морось приземлилась к ней на ладонь, оставляя на руке вязь. Красиво.
Когда она вернулась домой, Дуся уже паниковать начала. Завтрак на столе, а Янника пропала неизвестно куда.
Когда они поели (Дуся знатно наловчилась жарить сырнички), Янника спросила:
- Ты всё запомнила? Где что лежит?!
- Всё…
- Ты помнишь, что тебе никто не указ, но маму, пока не вырастишь, слушать тоже надо.
- Помню.
- Книги Хейд никому не показывай. Учись в школе хорошо! На круг посматривай, чтобы черноты не завелось. В дневник всё записывай. И следуй неукоснительно только советам Снежной девы,что на скрижалях написаны, остальное для тебя не указ! Поняла?
- Поняла…
- Змейку тебе оставляю. Держи её в узде, а то она много воли взяла в последнее время.
Дуся, фыркнув, кивнула. И змейка, что лежала неподвижно возле дусиных ног, печально махнула хвостом. Ну что поделаешь? Приходится оставлять. Не улетает с планеты дымное благословение…
На пороге они обнялись.
- Будь счастлива, новая хозяйка Дергиборга! – шепнула Янника, целуя девчушку в заплаканную щёчку.
Дуся кивнула. Янника подхватила легкий плетёный чемоданчик и, подложив его под попу, взлетела. Нужно было успеть к городскому голове. Туда с минуты на минуту должен был приехать Риг.
Глава 39
Янника впервые была на стартовой площадке, что находилась в пустынной части Рассветного края. Если честно, она вообще про неё никогда не слышала. Огромная платформа, на которой ровными рядами стояли прозрачные коконы, по форме напоминающие продолговатую косточку, поражала воображение. Блестящий металл вокруг, много стекла и света. Чужая, инородная красота. И марево горячего воздуха вокруг…
- Это лётные капсулы, – пояснил Риг, – у каждого будет своя. На них нас переместят на орбитную станцию, а после сортировки грузов, отправят на космический корабль.
Восторг, предвкушение и азарт переполняли его. Юноша стоял за спиной Янники и крепко прижимал её к себе, обнимая за талию. Он вообще старался не выпускать девушку из объятий, с того самого момента, когда они вновь встретились в Дергиборге. Перед выходом на платформу Янника подписала какое-то немыслимое количество бумаг. И была среди них одна, от которой сладко замирало её сердечко. Там она официально называлась Янникой Свенс.
Чуть поодаль от платформы жёсткой спиралью взмывал вверх к самим небесам маревный, крутящийся столб в эластичной, прозрачной трубе.
- Это малый галактический туннель, – успокаивающе шептал на ушко Риг. – Он работает раз в два года. Только по нему можно покинуть планету.