Желоб неожиданно заканчивается в каменном выступе. И дальше ничего не разглядеть, но у самого края торчит что-то, очень похожее на волосяную плотную пробку.
— Дуся! Слезай оттуда! — шумит обеспокоенная Янника, потому как девчушка слишком высоко, к тому же держится одной рукой.
— Сейчас… — скрипит от красная натуги Дуся, протягивая руку к плотной волосяной пробке иссиня-чёрного цвета, что перекрывает путь воде. Палка давно падает наземь, поднимая пыль, и Дуся тянется рукой. Волосяная пробка не вынимается сразу, но самый краешек поддаётся, и девочка, потянув за него, начинает разматывать чёрную нить. Нить тянется неохотно. И почему-то странно холодит руки. Дуся начинает замерзать, хорошо хоть стела тёплая. Отогревает…
Внизу что-то кричит Янника. Но эта белокурая дылда всё время кричит. Несдержанная она. И Дуся с маниакальной напористостью продолжает тянуть нить. Пробка разматывается, спускаясь по стеле. Ещё немножечко. Холодно очень, бррр! Вот перед носом Дуси взлетает дымный крюк. Он выхватывает из её рук нитку и тянет вниз, туда, где с белым лицом стоит Янника. Пробка проседает. И её последний кусок тает, остервенело вытянутый новыми, взметнувшимися дымными крюками— вторым, третьим, четвёртым. Дуся хочет всё сказать этой наглой вёльве, но не успевает. Маленькая рука затекла и не выдерживает Дусиного веса. Ножка соскальзывает с выступа, и девчушка летит вниз по скользкой стеле… Мама!
***
Последнее время Янника и Дуоссия совсем не смотрели по сторонам. И ничего не знали о жизни Дергиборга. Они так увлеклись своим, вёльвиным, делом, что весь мир вокруг вообще перестал для них существовать. Дуська целыми днями хвостом ходила за Хейд, глядя на ту восхищённо-преданными глазами, старалась во всём подражать, всё запоминать, всему учиться. И даже любимая коллекция портретов венценосных неженатых красавцев севера, юга, востока и запада уже не манила девчушку к себе так, как раньше. Два полных месяца они, нецелованные, так и висели одиноко в её прежней детской комнате.
С Янникой было ещё хуже. Чтобы вытащить Ильгерду из мрачных пещер коварного Ольгьеста, Хейд пришлось вообще на время забрать девушку из школы. Даже с мэтрами почти рассорилась тогда Старая вёльва, потому что ученица из Янники была замечательная и никому из преподавателей в преддверии месяца творческих испытаний не хотелось терять в рейтинге. Но что поделаешь? Старая вёльва была неумолима: Янника останется дома. Старая вёльва так сказала! Даже школьным друзьям женщина строго-настрого запретила беспокоить девушку в ближайшие месяц-два.
Упёртый Яр, находчивая Айда и верный Гейт, конечно, умудрялись просочиться «сквозь кордон» и повидаться с Янникой на неделе, но это общение было столь коротким, что умещалось в две- три минуты: уж очень серьезно бдела над Янникой Старая вёльва! Разве ж наговоришься при таком контроле?! Привет — привет. Как дела— нормально. Что в школе — мэтры лютуют. Эфрин разбил нос Брегеру. Гейт двадцать раз подтянулся. Круто! Хевард втюрился во Фриду, но сам этого ещё не понял. Хи-хи. Ты когда вернёшься, все скучают? Не знаю. Вот и всё.
Несколько раз у Янники мелькала мысль, что Хейд что-то скрывает от неё, но раны Ильгерды тогда отказывались затягиваться, и девушка, позабыв о подозрениях, полностью погрузилась в интересный мир лечебных трав, укрепляющих отваров, творческих лекарственных экспериментов и вечной борьбы с Дуоссией Свенс, то есть Эгген, за место у тёплой стенки.
А между тем в Дергиборге новостей было много. Очень много!
***
Раз в два года, как раз перед тем, как открываются для избранных Снежной девы глубины Торгского ущелья, один из правителей, по жребию, принимает у себя представительства всех больших краёв Хротгара на Большие игры Эрика белоснежного. Этот легендарный воин, хранитель самой Снежной девы, покровительствует лишь достойным мужам. И, чтобы снискать его помощи и защиты, проводятся эти игры. Победителям всегда достаётся большой золотой топор Эрика. И вместе с топором в край приходит большая удача в любых мужских делах. Надо понимать, что битва на играх в буквальном смысле идёт не на жизнь…
На эти грандиозные испытания приезжали всегда самые сильные воины рассветных, закатных, северных и южных краёв. И вместе с ними ко двору принимающей стороны направлялись неженатые отпрыски венценосных особ как мужеского, так и женского полу. Налаживать связи через брак всегда было делом государственным!