— Как похожа! Одно лицо!
Девушка провела пальцами по самой большой рамке. Коснулась нежно губами лобика ребенка и подошла к кроватке. Откинула балдахин и извлекла оттуда реборна.
— Извини, теперь это место снова будет занято.
Она аккуратно опустила малышку на матрасик. Девочка активно задвигала ножками и ручками.
— Держи! — Вера протянула одну из погремушек. — Теперь это все твое. Тебе нравится?
Ребенок скривил губки и разревелся. Вера снова взяла девочку на руки и, покачивая, вернулась на кухню. Достала из шкафчика коробку смеси и мерной ложкой насыпала нужное количество в бутылочку, затем налила воды, встряхнула несколько раз и, капнув себе на запястье, предложила малышке.
Вечером разыгрался ветер. Взволнованно застрекотали где-то под крышей ласточки. Надвигалась большая гроза. Вера чувствовала небольшое беспокойство. Чтобы снять напряжение, все же приняла таблетки. Уже несколько дней она о них не вспоминала, хотя мать звонила ей каждый вечер и спрашивала, выпила ли она их. Вера убедительно заявляла, что повода для беспокойства нет, что она строго придерживается назначенного лечения. И не стоит ей каждый день об этом напоминать.
Вера почувствовала необыкновенный прилив сил. Будто темная завеса упала и мир предстал в ярких красках. Ей снова захотелось жить.
Утро началось с поиска вещей для Златы. Пришлось поднять из гардеробной все коробки с детской одеждой. Многие вещи были абсолютно новыми, с этикетками. Вера с удовольствием примеряла девочке костюмчики и платьица. И, по всей вероятности, малышке это занятие тоже нравилось. Спокойный приятный голос убаюкивал ребенка, а вдобавок Вера поставила негромкую детскую музыку.
Погода потихоньку налаживалась, и нужно было собираться на прогулку. К дому подъехала машина. Это был Павел. Вера уже по звуку мотора могла безошибочно определить его автомобиль. Сердце от волнения сжалось. И все же она взяла себя в руки и переложила малышку в манеж. Включила музыкальную карусель и бегом спустилась по лестнице. Она знала, что у мужа есть свои ключи и он может при желании открыть двери. Но Павел никогда этого не делал. Приезжал и нажимал кнопку звонка, ожидая, когда его впустят. Каждый месяц двадцатого числа он привозил для нее деньги в конверте. Отдавал и уезжал. Снова на месяц.
После того, как заглох двигатель в машине, Павел еще несколько минут сидел в салоне. Каждый приезд сюда его мучило двоякое чувство. Он ждал этого дня, чтобы увидеть ее, и долго не мог настроиться, чтобы сделать это. Заходить в дом ему по-прежнему было тяжело. Вера ничего не меняла. Она жила в своем мире и не позволяла в него вторгаться. Первое время он очень переживал за нее. Справится ли она здесь одна? Когда все, буквально все в этом доме напоминает об умершей дочери…
Мысль о том, что жена причастна к смерти Златы, не давала ему покоя и в минуты одиночества грызла своей навязчивостью. Почему она не сознается? Почему отрицает и винит в этом его мать? Возможно, ее признание и раскаяние помогли бы ему простить ей этот трагический случай.
Кукла-реборн из платинового силикона стала последней каплей терпения. Девочка-пупс, точь-в-точь как настоящий ребенок. Из детской кроватки она смотрела на него живыми глазами. У нее были тонкие вьющиеся волосы, какие обычно бывают у младенцев, маленький открытый ротик и даже розовые десенки. После такого зрелища он еще долго не мог прийти в себя. Эта кукла даже снилась ему первое время по ночам. А когда начались ежедневные прогулки с коляской по их небольшому поселку, то смириться с этим уже не оставалось сил.
Попытки вразумить тещу, Нину Ивановну, что эти игры в дочки-матери слишком затянулись, ни к чему не привели. Женщина считала, что так ее дочери легче будет перенести утрату ребенка. И настойчиво просила не рассказывать об этих странностях никому. А потом и вовсе, чтобы усыпить бдительность зятя, показала видео из интернета, где взрослые женщины заводят себе таких вот милых пупсиков и ведут довольно популярные блоги, рассказывая о каждом шаге со своими «детьми».
Павел вышел из машины. После ночного продолжительного дождя чувствовалась приятная прохлада. Ему всегда нравилось это тихое место. Вдали от города, кругом природа. Название «Зеленое» говорило само за себя — со всех сторон поселок был окружен лесом. После душной квартиры хотелось здесь задержаться. Посидеть на террасе в уютном кресле с книгой, как в прежние времена.