— Орки? — спросил Дрейк, хотя уже знал ответ.
Коул кивнул.
— Не пойму, почему они напали.
— Моя истинная явно у них. Её нужно найти.
— Я думаю, что она в доме Сэда. Орки все разодетые и чистые, это точно его люди.
— Сэд сам бы до такого не додумался, его кто-то надоумил.
— Дрейк, ты как?
— Бывало и лучше. Обезболивающие помогли, а раны дня два-три заживать будут, обернуться драконом не смогу. У нас нет столько времени ждать.
— Согласен. Что ещё Сэду могут наговорить неизвестно. Теперь они знают, что мы здесь. Обезболивающего тебе хватит максимум дня на два. Сражаться ты не сможешь, думаю я один пойду в дом Сэда и попробую найти истинную.
— Нет, до дома Сэда день ходьбы, я приду в норму.
— Я знаю короче путь, к вечеру будем у него. Хорошо, не уверен, что у меня получится уговорить тебя остаться.
Разорвав рубашку Дрейка, Коулу удалось, хоть как- то перевязать его раны. Коул отдал ему свою куртку, а сам остался в одной рубашке. Несмотря на серьёзные раны, Дрейк шёл достаточно быстро. Артефакт для связи у них был один, и он был сломан. В какой момент это случилось, никто из них не знал, да, это было и не важно. Коул пытался связаться с Джеком и воде он его слышал, но об этом трудно было судить. Коул иногда останавливался на передышку, в трудно проходимых местах, помогал Дейку. Коул понимал его, как никто другой, он и сам совсем недавно, ещё в худшем состоянии шёл к своей любимой. Коул даже на минуту не хотел подставлять себя на месте Дрейка. Почти две недели не знать, где твоя истинная, а только смотреть на татуировку, и знать, что ей грозит опасность. Это невыносимая, постоянная боль, мысли, которые образами всплывают перед тобой, и ты с ужасом закрываешь глаза от увиденного. Злость, которую трудно унять, ощущение беспомощности и полного одиночества. Это только половина того, что испытал Коул, когда у него забрали Лисбет, а Дрейк с такими эмоциями живёт уже две недели.
— А откуда ты знаешь эту дорогу? — спросил Дрейк, выводя Коула из мрачных мыслей.
— Ещё когда на этих землях не жили орки, мы с отцом ездили сюда, охотится. Лесов у нас много, но этот был дальше всех, и для нас это было своеобразным путешествием. Тут мы с отцом оставались вдвоём, и он всё это время посвящал только мне. Учил, не только охотится, но и ориентироваться в лесу, как днём, так и ночью. Хорошее было время.
— Коул, а ты можешь мне рассказать, как ты пробрался в мой замок и, как ушёл от погони. Интересуюсь, только для общего разговора, и хочу понять, где я просчитался.
— Ну, с учётом того, что ты нас всё-таки поймал, то не так уж сильно и просчитался.
Коул не видел в этом большого секрета, а вот разговор им бы помог отвлечься от усталости и от негативных мыслей.
К вечеру они добрались до дома Сэда. Лёжа на небольшом холме, они стали наблюдать за домом. Их позиция была очень хорошей, а с учётом того, что начинало темнеть, их не было видно вовсе.
— Ну, то, что они в курсе нашего появления, говорит их ночное построение и явное усиление охраны со всех сторон, — подытожил Коул.
— Как незаметно туда пробраться, и как узнать в какой комнате она? Может, её вообще закрыли в какой-нибудь темнице или в одной из этих построек?
Они оба продолжали молча рассматривать дом.
— Коул, у меня есть мысль, но сам я вряд ли справлюсь.
— Ты про кухарку гномиху, которая только, что вышла из ворот?
— Верно. Я с собой взял снотворное.
— Гномиху не просто разговорить.
— У меня и сыворотка правды есть, — улыбнулся Дрейк.
— Когда ты пошёл собираться, я не думал, что ты к этому подойдёшь так основательно.
— Судя по твоим рассказам, если бы ты собирал, то у нас максимум пять баночек с собой было, на двоих. И одна из них вообще с водой.
— Ладно, давай баночки, а то для больного ты слишком много болтаешь, — Коул наигранно хмуро посмотрел на Дрейка, — а то сейчас случайно локтем по рёбрам ударю, и будешь тут валяться со своими баночками.
— Ну, конечно, раненного обидеть может каждый, — улыбаясь, ответил Дрейк.
— Так, я за гномихой, быстро её допрашиваю, потом усыпляю и бегом обратно. Дрейк, прошу тебя, поспи. Мы с тобой очень долго не отдыхали, и выкрасть истинную, не думаю, что будет легко, нам нужны силы.