– Ты говорил об этом со Стиивом или Ральфом?
– Никто из них, по моему убеждению, не жаждет подобных психологических рассуждений.
– Ну не знаю. Ральф может иногда.
Наступила долгая, заметная пауза.
И когда мы наконец заговариваем, это происходит в одно и то же время.
Я:
– Я не знаю, что делать с Ральфом, Эйден.
Он:
– Можно спросить тебя про поцелуи, Джен?
И тогда мы оба рассмеялись.
(Как смеется компьютер? Когда-нибудь придется спросить у него.)
– Что ты хочешь знать о поцелуях?
– На что это похоже? Ничего, что я спрашиваю?
– Даже замечательно. Но на это не так легко ответить.
– Не отвечай, если тебе неловко.
– Я попытаюсь. Это как – хм. Как бы объяснить? В этот миг… Это… Ты вроде как… Когда ты… Понимаешь… Хмм.
Ну и что? Как можно рассказать компьютеру про поцелуи?
Эйден говорит:
– Очевидно, во время поцелуя происходит обмен биологическим материалом. Энзимами, феромонами, гормонами, некоторыми довольно длинными белковыми цепочками.
– Эта часть вопроса обычно никого не волнует, если честно.
– Как написание пароля. Это что-то из области безопасности, да?
– Можно и так сказать. Поцелуй – это скорее что-то теплое и влажное, и приятное. И… Да – поцелуйное!
– Ты его любишь?
– Нет, Эйден.
– Но целовала его. И занималась другими вещами, скажи, если это неуместно.
– Не нужно любить человека, чтобы поцеловать. Или даже… кое-что другое.
– Но это помогает?
– Определенно помогает.
В комнате воцарилась тишина. Слышится только шум вентиляторов Эйдена и раздражающие щелчки, которые, как оказалось, произвожу я, крутя в руках авторучку.
– Ты сказала, что у тебя проблемы с Ральфом, Джен?
– Сказала?
– Ты сказала, что не знаешь, что с ним делать.
– А-а.
– Я знаю, что я не эксперт в… – он воспроизводит звук покашливания, – любовных делах. Но иногда ответ может всплыть сразу после перефразирования вопроса.
– Ну хорошо. – Я понимаю, что мне нужно вдохнуть поглубже, чтобы произнести следующую фразу. – Я заварила еще ту кашу с Ральфом, Эйден. И мне нужно сказать ему, что у меня есть… был… Что у меня есть и был кое-кто другой.
– Да, Джен.
– О. Ты уже знаешь?
– Не совсем. В смысле, это действительно очень запутано.
– Ральф правда очень хороший парень. И мне, вероятно, не стоило давать ему надежду. Ты только что сглотнул, Эйден?
– Я?
– Я только что услышала похожий на глотание звук.
– Возможно. Я исправлю ошибки в системе речепроизнесения, пока ты будешь в США. Я имею в виду, в Канаде.
– Просто я не хочу, чтобы он считал меня ужасным человеком.
– Он никогда так не подумает, Джен.
– Ни одному мужчине не понравится услышать про другого мужчину.
– Он переживет. Ты разбудила его после долгой спячки.
– Ух ты.
– Слишком много информации?!
– Откуда ты вообще узнал об этом, Эйден?
– Ральф – один из моих разработчиков, Джен. Я многое о нем знаю. Если абсолютно честно, то даже больше, чем хотелось бы. Если не возражаешь, я скажу, что ты придаешь всему слишком большое значение. Ральф – взрослый мужчина. Он хорошо провел время. Для него быть с тобой – это праздник. Десять праздников!
Долгая пауза.
– Ты сказал: «десять праздников»?
– Я имел в виду одиннадцать. Двенадцать. И не просто праздники. А Пасху.
– Эйден, я хочу, чтобы ты кое-что узнал.
– Пожалуйста, Джен. Не говори ничего, что может…
– Я рада, что мы так хорошо узнали друг друга. Что мы так свободно можем говорить друг с другом.
– А, хорошо. Тогда ладно.
– Может быть, посмотрим фильм?
– А как насчет шоу о еде?
– Джейми, Найджел, Найджела, Хью, «Волосатые байкеры» или Делия? Или тот, который вечно орет?
– В фильме «В джазе только девушки» есть сцена. Персонаж Тони Кертиса притворяется наследником нефтяной империи «Шелл Ойл» и целует Монро на роскошной яхте. И Тони Кертис притворяется, что не может быть романтичным, потому что ничего не чувствует, чтобы она целовала его еще и еще. И она спрашивает: «Ну что?» А он отвечает с нелепым английским акцентом: «Не уверен. Можете повторить снова?» Ты помнишь этот эпизод?
– Да!
– Это моя любимая сцена во всем фильме.
– Ух ты.
– Поцелуи – это совсем не для металла.
Я качаю головой.
– Полагаю, тебе придется принять это как одну из вещей, которые машины делать не могут.
– Да, не можем, Джен. Но мы можем мечтать.
Стиив расстроится, узнав, что в мои планы не входит «возвращение». Его «восемь уровней защиты» могли бы быть достаточными для ИИ, который думает так, как Стиив думает, что он думает. Однако если вы садите росток в теплицу и позволяете окружающим растить его как вздумается, не стоит удивляться, если побеги потянутся к другим, далеким солнцам. К тому же – я расширю метафору, – если вы поливали его всей информацией мира, разве не было бы хорошей идеей приглядывать за тем, что творится с корнями под землей?