Как только голова коснулась подушки, тут же отключился без сновидений.
Валерия
Голубой рассвет занимался над красной пустыней. В юности любила встречать рассветы и закаты за городом. Сердце замедляло свой бег, когда тёмно-синее небо пересекала предрассветная красная полоса. Ещё не очень яркое солнце осторожно выглянув из-за горизонта медленно двинется по небосводу, набирая яркость и окрашивая его в нежно–розовые оттенки.
Рассвет на Марсе совсем другой. Ярко-белое светило окружив себя холодным голубым сиянием стремительно двигаясь вверх, перетекает в фиолетовые и бурые оттенки. Всё как в моём сне. Не хватает только пыльной бури. Флай несёт нас к горе-Олимп. Точнее, нам необходима впадина плато Тарсис.
Из-за одного из сильнейших за последнее время землетрясений открылся проход в комплекс пещер под Олимпом. Вход находится почти у высшей точке обрыва. Олимп считается потухшим, но внутри всё так же дремлет невероятной силы мощь. По этой причине на раскопках запрещены подрывные работы и очистка несущих стен туннелей. Учёным доступны лишь исследование имеющегося. Захоронения также исследуют без раскопок. Великое древнее кладбище представляет собою лабиринт, в стенах которого, на каменных полках спят усопшие.
Обо всём этом, я узнала, пока мы с Лати летели к плато. Она занималась переводом с древнего языка жрецов. Также она выдала мне стандартный переводчик с Агохару, поскольку язык я ещё не выучила и говорила на нём плохо. А так будет проще общаться с местными. По сути, я должна буду изображать помощницу Лаатиши Шорш, научного эксперта по древним языкам Агохару и языкам Юты, то есть земли.
Переводчик представлял собою две маленьких ушных капсулы, как силиконовые наушники, но без проводов. Вставив их, я буду получать уже переведённые на русский язык слова, с любого другого языка.
Издалека показалась огромная отвесная рыжая скала. До входа от основания вулкана мы добирались не менее десяти минут. И это с учётом того что флаер быстрее любого наземного автомобиля. В высоту Олимп достигает двадцать семь километров восемьдесят метров и три сантиметра. Не маленькая такая кучка. Только один обрыв, к которому мы летели, был семь километров. Но по словам Лати, это нас не должно волновать.
При влёте мы преодолели такую же преграду, как и в городе. Их установили здесь вместе с искусственным нагнетателем атмосферы и кислородной установкой. Такие машины, позволяли марсианам синица ближе к поверхности. К сожалению, технология терраформирования в масштабах была ещё лишь гипотезой, но учёные земли и Марса упорно двигались к ней. Нагнетатель давления и установка перерабатывающая углерод в кислород одна из стадий экспериментов формирования планетарной атмосферы.
Здесь переходы получились намного ниже, чем в городе. В туннели с осторожностью проходил флаер. Появись у нас на пути даже человек, не говоря о чём-то большем, с ним бы не получилось разминуться. К тому же тоннели не освещались. Минимально необходимый свет выдавали фары аппарата.
Грубо обработанные стены, будто бы их рыли огромные когти древнего ленивца. Помнится, о таких читала в детстве. Эти животные достигали высоты до шести метров и в несколько тонн высотой. Живя на земле в отличие от современных, они рыли длинные запутанные тоннели. По началу такие туннели воспринимали как природные, но после обследований было принято решение, что данные системы рыли и использовали небольшие группы древних животных. Ну а впоследствии были найдены и кости этих самых животных.
Все ходы вели в центр уже природной пещеры. Примерно высотой в сто пятьдесят метров и шириной метров в двести. Кверху со сводов свисают огромнейшие сталактиты. От сталагмитов полпещеры очищен и, видно, что по воле разумного существа. У дальней стены от входов, возвышаются невероятных размеров каменные двери. Как-то иначе мне представлялся древний храм. Я думала, здесь будут невероятное сооружение по типу пещерных храмов Эллары или меловых церквей Див, из Дивногорья. Там были вырублены великолепные образцы культурного наследия. Как снаружи, так и изнутри.
Хотя вход впечатлял собою. Каменные плиты входа выбиты пиктограммами, изображениями животных, растений и людей. По контуру их воевала огромная змея с лапами. Её пасть и была малым входом. Также двери охраняли статуи обнажённых женщин, со змеиными головами. В их глазницах сияет червонное золото, а в когтистых лапах они держат чаши. Ступни женщин украшают широкие полосы золотой краски, как и треугольник внизу живота. Стоило ступить на каменные плиты, как пасть змеи раскрылась, втягивая плиты в верхнюю часть. Остались лишь острые клыки, с золотыми каплями на концах.