— Это санитарная комната. О ней ты забыла подумать.
И вправду забыла.
—Спасибо. Пока не забыла можно кое, что спросить?
— Постараюсь ответить.
— Что значит, диён и исшаш?
В первый раз я увидела, как у дроида глаза полезли на лоб и приоткрылся рот. Что же я такого сказала.
— Тебе нельзя на это отвечать?
— На такое запрета не было.– растерянно произнесла она.– Да и кто бы мог подумать, что ты это можешь спросить. Где ты это слышала?
— Вчера кто-то ток громко ругался под дверью, так что я всё слышала. Мне стал интересен смысл этих слов. Так, что они значат?
— Понимаешь – начала дроид, а я готова была поклясться, что будь она человеком, то точно бы покраснела.— с древних языков это ругательство. Первое — это бешеная самка собаки. Второе гулящая женщина.
Опочки, вот и приплыли. В отличие от робота я покраснела не от смущения, а от гнева. Ну всё если хоть ещё раз встречу этого человека, то я обязательно припомню ему и собаку, и гулящую.
Глава 5
Феликс.
Ничего не даётся просто и я познал это в полной мере. Со сто процентной уверенностью мог сказать, что все мои достижения заработаны мной самим, кровью и потом. Что другим приходило на блюдце с алмазной огранкой, мне приходилось вырывать зубами, не всегда честными путями. Жизнь и та была вырвана из лона матери, ценой жизни одного из братьев. Но видит всевышний, я этого не хотел. Именно по этой причине, я был лишён её любви. А возможно она просто не умеет любить.
Не скажу, что это меня огорчает, хотя раньше довольно сильно задевало. Жил бы я дальше лишённый любви и внимания, если бы матери не взбрело в голову, замаливать грехи перед господом. Может подумала о царстве небесном, а скорее всего сбрендила. Но мне, не от того, не от другого не легче. По её мнению я не достоин того места которое занимаю. И теперь должен, сесть в кресло рядом с младшим братом. Совсем не важно, что я занимаю пост нижнего круга, младшего главы совета федерации. По её мнению, обязан руководить семейной фирмой, самое главное забыть о полётах.
Флаер опустился на крышу исследовательского центра. Входной проём тут же растворился в корпусе аппарата. Сейчас необходимо расслабиться, а это возможно лишь в хорошей компании. Каплю, я мог оставлять на крыше, без присмотра. Не нашлось ещё того психа который рискнул бы жизнью ради пары секунд полёта. Лифт опустился с трёхсотого этажа на двести девяностый, его двери открылись и передо мной предстало чудо техники.
Волосы цвета ртути, кожа как нэйонское стекло, что добывается на астероидах из великой туманности и огромные платиновые глаза. По началу я подумал, что это кукла, но она вдруг пошевелилась. Нет, не кукла, очередной дроид доктора. На приказ уведомить хозяина она разродилась какой то бессмысленной кашей. Он ей, что ли настроил бы речевой аппарат, а то совсем ничего не разобрать. Выданная ею модель, мне вовсе незнакома. Хотя брат вёл дела в фирме матери. Та в свою очередь производила самые современные модели дроидов, входящие в десятку лучших на земном рынке.
Кустарное производство роботов приводило к плачевным последствиям. Плохо сформированная программа позволяла обходить правило трёх законов. Видимо моё мнение по поводу не доработанных моделей, ей не понравилось и это бешеная мышь, пнула меня в голень. Естественно я этого не ожидал. В первые секунды растерявшись от боли даже не заметил куда делась пигалица. Мой крик души вероятно услышали все.
В кабинет друга я ворвался взбешённый до придела. Благо он давно выдал мне пропуска. День становился всё хуже, и хуже. Как всегда, Сима на месте не оказалось. Он явился когда я, уже изрядно подпил его дорогой подарочный коньяк. Нечего было так долго шляться. И к тому же я лечил душевные раны.
— Я смотрю ты сам себе лекарство прописал.– голос друга звучал таким же уставшим как и всегда.
Он прошаркал как старик, по направлению к дивану.
— Что поделаешь. В наше время проще дождаться кремации чем квалифицированной помощи.
Было чрезвучайно интересно рассматривать друга сквозь жидкость, переливающуюся в бокале словно жидкий янтарь, сидя в его любимом кресле. Меня даже немного отпустило.
— Что на этот раз?
Вопрос был задан уже в горизонтальном положении.
— Всё как обычно. Совет, мать, и новая экспедиция.
— Тогда какого чёрта? Гром, я же просил тебя, не беспокоить меня, просто так.
Симонс прикрыл глаза тыльной стороной запястья. Голова и слегка длинноватые для дивана ноги, покоились на мягких кожаных бельцах.
По виду друга можно было сказать, что спал он за сутки не больше пары часов. Скулы заострились, под глазами тёмные круги, да и в общем вид помятый.