Я передала телефон подбежавшему сотруднику. Оля тоже.
– Кстати, познакомьтесь, – это Евгений, подключённый на время расследования коллега из другого отдела. Молодой, но очень перспективный. В полиции совсем недавно, но с его помощью уже было раскрыто несколько преступлений. А еще, – пауза была значительной, – он известен, как любитель и знаток анекдотов про блондинок!
– Женя, для вас просто Женя, – отвесил шутовской поклон в нашу сторону помощник следователя, который выяснял про таксиста.
Красивый парень с обаятельной улыбкой. На вид – лет двадцати пяти.
– Кстати – анекдот, – без паузы продолжил балагурить брюнетик:
– Как блондинка кончает жизнь самоубийством?
Рассказчик посмотрел на нас глубокомысленно и изрёк:
– Собирает свою одежду в кучу и прыгает с нее. А потом захохотал.
Так это у него весело и с паузами в нужных местах получилось, что даже мне захотелось улыбнуться.
Зато я отвлеклась от созерцания образчика мужественности и красоты в моих глазах, то есть Виктора Иваныча.
Кому-то, возможно, поведение Жени показалось бы кощунством, но я поняла, что парень просто пытался отвлечь нас.
– И где нам теперь искать этих хулиганов? – напомнила о преступниках.
– Не вам, а нам, – тут же поправил меня Виктор Иванович. – Не суйтесь в это дело. Вижу, что вы готовы броситься в бой, но оставьте все оперативные мероприятия специалистам.
– Телефоны чисты, – вернул нам гаджеты через некоторое время компьютерный мозг.
– Подождите, смартфон Люси остался у меня в машине. Возможно ли, что на нём стоит программа?
– Посмотрим. Сейчас это уже не так важно, – остановил меня Виктор Иванович, схватив за локоть.
По телу прокатилась дрожь желания. Я почти застонала от бессилия.
– Думаю, что нам уже пора домой, мы и так здесь засиделись, – заторопилась я освободиться от объекта своих не радужных мыслей.
– Можете ехать. Сейчас лишних людей у меня нет, но хочу попросить Евгения побыть с вами. Не отказывайтесь. Вы же сами говорили, что мужчин в доме нет, а я боюсь, что покушение может повториться, – предположил Виктор Иванович.
– Что? – в один голос воскликнули мы с Олей. Почему повторится?
– Ну, что же вы, Ирина Дмитриевна, неужели не помните, что схватить хотели всех. Зачем? Мы пока не знаем. А Ольга Сергеевна – свидетельница, которая видела нападавших. А со свидетелями у нас сами знаете, что делают, – попытался напугать нас следователь.
Я похолодела. От мыслей, что еще всё может повториться, озноб разлился по животу, который тут же онемел. Ольга замерла в движении, словно песня, поставленная на паузу.
– Вот, об этом я и говорю, вам нужна защита. Думаю, что вот этого головастого и обаятельного парня, – кивком указал на юмориста, – вам хватит для охраны и моего спокойствия. Следователь был серьёзен как никогда и с вызовом смотрел на Евгения.
Если он хотел нас припугнуть, то ему это здорово удалось. Женя усмехнулся и кивнул, странно поглядывая на Олю. С облегчением выдвинулась на выход.
– Вас за что-то сослали? – поинтересовалась у юноши, когда мы спускались по лестнице.
– Есть такое. Но, я не против. Лучше приносить пользу здесь, чем быть мальчиком на побегушках там. Меня направили из другого отдела как ценного специалиста, но чужаков, как известно, никто не любит.
– Что же в вас такого ценного? – снова поинтересовалась я.
Евгений только пожал плечами, не желая отвечать.
– В магазин придётся заехать, – буркнула я сопровождавшему, – нас неделю дома не было, холодильник пустой.
А сама подумала, что не мешало бы мне прикупить огромную бутылку коньяка, чтобы снять напряжение этого дня, отключиться и дать отдых мозгу и вымотанному организму, испытывающему стресс от постоянного, глубоко загнанного внутрь страха. А потом подумала, что моим девочкам нужна трезвая мама, и тут уже никакие блоки в сознании, уговоры самой себя отгородиться от ситуации и мыслить здраво перестали действовать. Я понимала, что на меня накатывает истерика. Ещё чуть-чуть и сорвусь. Ольга водила машину, но не любила это делать. Так, а для чего нам телохранитель?
– Сядете за руль? – спросила я у Жени. – У вас есть водительские права?
Когда он мне ответил положительно, с облегчением выдохнула. Хорошо, что можно руль передать в другие руки, а не ехать, глотая слёзы и сквозь туман в глазах, всматриваться в светофоры и дорожные знаки.
– Да, так будет правильней, я поведу, только обращайтесь ко мне на «ты», пожалуйста. Не до светских манер. Нам вместе придётся побыть какое-то время.
– Вы считаете, что мы долго девочек искать будем? – взъярилась я. Мне это совсем не понравилось. Я, конечно, не дура. Понимаю мозгом, что вариантов развития событий множество, но допускать мысль, что мои девочки в чужих руках останутся надолго, я не могу, и смириться с этим, даже в мыслях, просто не получается.