Проснулась она от чувства, что кто-то за ней наблюдает. Открыв глаза, она увидела стоящего в дверях Конрада.
– Ты проснулась? Я не хотел тебя будить, но не нашёл кофемашины.
– Конрад! – удивилась Надя.
– Да! – воскликнул Конрад.
– О’кей, пойдём завтракать.
Надя приготовила омлет и кофе, и они позавтракали в полной тишине. А когда приехали друзья Нади, Ольга и Володя, поехали показывать Конраду Москву.
У Володи была «Победа» – не машина, а достопримечательность. Надя подумала, что иностранцу будет интересно покататься на старой советской машине, однако уже с первых минут было ясно, что Конрад не оценил её стараний. Увидев в зеркало, что он пытается отыскать ремень безопасности, Володя пошутил:
– Русские машины – это как русская рулетка: либо пронесёт, либо нет.
От этих слов Конрад вздрогнул и ухватился за спинку переднего кресла: в его глазах читалась тревога. Друзья засмеялись, а Конрад недоумевал, как русские могут шутить о таких серьёзных вещах. Он не понимал, как им удаётся каждый день рисковать своей жизнью и при этом сохранять бодрость духа.
За целый день они, должно быть, посмотрели огромное количество достопримечательностей, потому что Конрад очень устал и к вечеру не способен был адекватно реагировать на обращённые к нему реплики. Кроме того, Конрад был разочарован – ему никак не удавалось остаться с Надей наедине, чтобы поведать ей о своих чувствах. Конраду никак не удавалось улучить подходящего момента. То ему казалось, что Надя сердится на него и говорить о чувствах в такой ситуации бесполезно, а когда Надя смотрела на него ласково, рядом всегда оказывались посторонние. Несколько раз Конрад пытался дотронуться до Нади, когда они шли рядом, чтобы потом аккуратно взять её за руку. Но Надя, наверное, не видела его попыток, потому что никак им не содействовала, а, наоборот, мешала. Как только рука Конрада прикасалась к Надиной, девушка начинала искать что-то в кармане или в сумочке, или показывала какое-нибудь здание или памятник, или становилась с другой стороны, так что Конрад оказывался рядом с Ольгой или Володей.
А вечером, как назло, Ольга осталась ночевать у Нади, поэтому Конраду не удалось сказать ей и двух слов наедине, а перед тем, как лечь спать, Надя сказала Конраду, что не сможет проводить его до аэропорта, потому что должна работать, поэтому заказала ему такси.
Конрад чувствовал: что-то не так. Хоть они с Надей и не говорили о чувствах, было очевидно, что Надя воспринимает его не так, как хотелось бы Конраду. Но, с другой стороны, он слишком плохо знает культурные особенности русских, поэтому, возможно, не совсем понимает Надю. Им, русским, как показалось Конраду, свойственно относиться к жизни иначе. Он решил, что сразу же по приезде в Германию напишет Наде письмо.
Утром следующего дня Надя была весела, постоянно шутила, смеялась и улыбалась Конраду, а когда прощалась с ним, даже приобняла. Конрад воспринял это как хороший знак.
Но несмотря на это, вернувшись в Германию, Конрад был подавлен. Ему пришлось преодолевать себя, чтобы сесть и написать письмо. Он уже не был уверен в том, что это хорошая идея, и, чтобы справиться с сомнениями, достал из-под подушки фотографию Нади. Это придало ему смелости, он сел и стал писать:
«Дорогая Надя!
Я ещё никогда не видел таких красивых девушек, как ты. Я не умею писать писем, поэтому прошу меня извинить за нескладность моих слов. Невозможность сказать тебе то, что я хотел бы тебе сказать при личной встрече, вынуждает меня писать тебе это письмо. Прости меня за то, что отнимаю у тебя время, но я очень хочу сказать это, чтобы у нас с тобой не было недомолвок и ты знала о моих чувствах всё. Я очень не уверен в себе, кажусь себе некрасивым и недостойным тебя. Но, увидев твою фотографию впервые, я понял, что не смогу не полюбить тебя всем сердцем. Когда коллеги увидели случайно твою фотографию и стали дразнить меня тем, что ты – моя девушка, я всё отрицал. Я и представить себе не мог тогда, чтобы ты когда-нибудь смогла бы стать моей девушкой. Но ты сама дала мне надежду своим тёплым и искренним отношением ко мне: сказала, что у меня красивый голос, писала мне в Фейсбуке, пригласила в Россию… В общем, я стал мечтать о тебе, я мечтал о тебе постоянно, я представлял, как ты смеёшься, ходишь, разговариваешь, а когда я увидел тебя наяву, то понял, что ты ещё прекраснее, чем на фотографии, и что я люблю тебя. Я не мог, мне не хватило смелости сказать тебе о своих чувствах в первый же день, а потом у нас не было возможности побыть наедине, потому что с нами всегда были твои друзья… Теперь ты знаешь о моих чувствах всё, и только в твоей власти решить мою судьбу.