– Элизабет? – ещё раз повторил Адам.
Девушка пришла в себя и, после глубокого вздоха, начала говорить.
– Я Вам вряд ли скажу что-то новое. Но… Когда я зашла, Джэйн лежала у себя на кровати, и… Смеялась? Да, думаю, что это был именно смех. Но я знаю как смеётся Джэйн, и это не был тот милый и мягкий смех, напротив, он был ужасающим. Она лежала, не могла подняться, её это забавляло. Ещё я знаю, что до этого она убирала третий этаж, возможно Вы что-то могли заметить, когда она убирала Вашу комнату.
– Не думаю, в это время я спал. Спасибо за информацию. Мэйсон, пошли, – коротко сказал Адам.
От слов Лиз щёки Адама налились румянцем. Чтобы никто ничего не заметил надо было быстро уходить.
Мэйсон и Адам вышли на крыльцо черного входа.
– Может объяснишь, что ты хотел услышать от Элизабет? – говорил на взводе Мэйсон.
Принцу было не до разборок и ссор, особенно с Мэйсоном. Поэтому он решил не срываться на друге, а спокойно ему ответить.
– Я сделал то, что считал нужным. К сожалению, мне это мало что дало. И вообще, что такого я сделал? Я же не пытал её, просто хотел поговорить наедине. Может она знает то, что не хотела говорить другим. Тем более, что тема довольно деликатная.
Мэйсона немного успокоили слова Принца, но то как Лиз тряслась перед ним, его очень расстроило, вот он и нервничает.
– Лучше скажи, что мне теперь делать? – спросил Адам у Мэйсона, скатываясь по замшелой стенке Дворца.
– Для начала, надо быстрее уходить, пока нас кто-нибудь не заметил и не доложил твоей матери, – нервно говорил Мэйсон.
Адам махнул головой в знак согласия и дал Мэйсону утянуть себя за забор.
– Может, очки хотя бы оденешь? – бубнел Мэйсон.
– На данный момент мне абсолютно всё равно, видит меня кто-нибудь или нет, – так же ответил Адам.
Они направлялись к единственной больнице в Городе. Сейчас Мэйсону как никогда тяжело с Адамом. От страха, что их могут не те люди увидеть, в венах стыла кровь, но он был предан Принцу, поэтому никогда бы его не бросил. Тем более по статусу не позволено. Мэйсон доверяет Адаму, но зачастую он не думает о последствиях своих действий. Если раньше он ещё мог списать это на ребячество и неопытность, то сейчас всё больше и больше замечает, что такое поведение у него в привычке. Вот даже сейчас он идёт рядом с Мэйсоном и буквально не замечает людей вокруг, к его счастью, он высокий и многие люди даже не пытаются посмотреть хотя бы до пояса. Раньше Принц не позволял такое обращение к другим. Но то, что происходит с ним сейчас происходит, пугает. Движения, которые всегда были грациозными и мягкими, сейчас напоминают сломанную куклу. Взгляд пустой, будто впереди ничего нет и он идёт в пустоту, да и просто опущен вниз. Хотя просто ненавидел, когда другие люди так делали.
Тем временем, на горизонте уже показалась больница.
– Так, ладно, есть план, – тихо сказал Мэйсон Адаму. – Только надо будет тебе глаза перевязать, – уже уверенней говорил Мэйсон, смотря ему прямо в глаза.
– Может не надо нам никаких планов? – устало говорил Адам. – Почему бы мне просто не подойти к ним приказать отвести меня к Джэйн? Мне абсолютно плевать кто и что обо мне подумает. Главное, что я сам понимаю что делаю.
– Возможно, так было бы намного проще. Но ты упускаешь маленькую деталь в виде твоей матери! – шёпотом кричал Мэйсон. – Нынче слухи разносятся быстро, так, что завтра Королева будет в курсе, что утворил её сыночек. Тем более, не забывай какой завтра день.
– Завтра воскресенье, – сказал Адам и нахмурился. Никаким мыслям, если они не о Джэйн, не пробраться в голову Принца.
Мэйсон поднял брови в зак того, чтобы Адам продолжал, но тот вообще не понимал что от него хотят.
– Боже мой! Ты хоть о чём-нибудь можешь думать, кроме Джэйн? – спросил Мэйсон.
– Нет, прости. Я правда не знаю что мне сейчас делать, – разочарованно и устало говорил Адам, растрёпывая свои волосы.
– Ладно, просто доверься мне, – со вздохом сказал Мэйсон и добавил: – А вообще, завтра парад.
Адам лишь закатил глаза. Он не считал это великим событием. Даже на службу его практически невозможно затащить. Принц же преследовал мысль, по которой жизнь такая быть не должна, а люди должны быть равными, или хотя бы иметь возможность заглянуть собеседнику в глаза. Если бы Бог существовал, он бы не позволил таким законам существовать.
Пока Адам о всём этом размышлял, Мэйсон уже сделал всю работу. А именно перевязал бинтом Принцу пол головы, включая глаза.