Ну что я могу сказать, наверное, мы все трое родились в рубашке. Потому что по-другому я не могу объяснить, то что мы практически без травм выбираемся из покореженной машины.
У меня ссадины на открытых участках кожи от разбившегося стекла и опухла нога, Паша, наверное, сломал руку и скорее всего получил сотряс, у Даши видимых повреждений нет, но от шока ее всю трясет.
Подхожу к ней и обнимаю. Немного успокаивается и даже обнимает в ответ, но очень робко как будто боится меня.
Пока выбирались, пара машин остановились на обочине, помогли нам, вызвали скорую и ДПС.
Когда приезжают бригада скорой помощи и полиция, время проносится со скоростью света. Пашу увозят на скорой, перелом все же есть, да еще и в двух местах со смещением. Пытаюсь отправить Дашу на обследование, так она на отрез отказывается ехать.
После всех заполненных протоколов, машину, а точнее кусок металла, похожий на машину отправляют на эвакуаторе.
— Так сейчас со мной не спорь! Раз отказалась от медицинской помощи, поедем ко мне и это не обсуждается. — Даша шумно вздыхает и безмолвно кивает.
***
Выходим из такси.
Всю дорогу не выпускал Дашину руку, такая маленькая и холодная, по сравнению с моей. Так захотелось ее согреть. Закутать в теплый плед, сесть рядом, обнять и просто наслаждаться этим моментом.
Проходя в гостиную, помогаю снять верхнюю одежду и убрать ее в шкаф.
Мама появляется в комнате, и на лице застывает немой вопрос «Что случилось?»
— Мам, все расскажу, но не сейчас, — в спешке представляю друг другу.
— Это Даша, мой личный помощник;
— Это моя мама, Елена Николаевна, накорми и напои горячим чаем, я вернусь через 10 минут.
— Очень приятно познакомится.
— И мне, проходи не стесняйся.
Приведя себя в порядок, поднялся к сыну, тот крепко спал. Не стал его будить
Прохожу на кухню, и вижу картину — Даша и мама сидят за столом, пьют чай и что-то весело обсуждают. Если бы не знал, что они познакомились пол часа назад, подумал, что они общались всю жизнь.
Заметив меня, Даша, смущенно улыбается и отводит взгляд.
— Как же так Дима! Мне Даша рассказала, что вы попали в аварию. Как чувствовала, все утро места себе не находила. Хорошо все обошлось.
— Да, все живы.
Допив чай, мама хотела еще мучать вопросами Дашу, но тут проснулся Мишаня.
— Папа, Папа! Ты дома! — сын радостный подбегает ко мне, и я беру его на руки.
— Да Миш, я дома.
Но как только сын замечает Дашу, интерес ко мне понемногу пропадает, подбежав к ней обнимает ее и кричит:
— Урааа! Ты пришла! Пойдем покажу мои игрушки, ты же будешь со мной играть?
Даша смеется и обнимает Мишу в ответ:
— Конечно буду.
Так, стоп! Отложим игры. Пойдем покажу тебе твою комнату, — я еще не разу не видел такого замешательства на лице Даши.
— Зз…зачем показывать комнату? Я не могу у вас остаться, мне нужно домой, — да, давай придумай мне сейчас 150 причин почему тебе нужно домой. Нет уж не надейся, так просто я тебя не отпущу.
— Идем, — беру ее за руку и веду показывать комнату.
Зайдя в комнату, закрываю за собой дверь.
— Дмитрий Александрович, я не могу у вас остаться.
— Во-первых, давай вне работы на ТЫ, мне так удобнее, во-вторых, ты что думаешь, после такого стресса я тебя отпущу куда-то одну?
— Не куда-то, а к себе домой, и я не могу на ты, это не правильно. Вы начальник, я подчиненный.
Сокращаю расстояние между нами до непозволительно близкого, положив руки ей на талию, говорю практически касаясь ее губ:
— Даш, что не так? Ты меня как будто боишься? — кладет руки на мои запястья и пытается освободиться от захвата, а руки дрожат.
— Вовсе нет, просто я не хочу нарушать субординацию.
— К черту субординацию, к черту все, иди ко мне, — накрываю ее губы своими и все, меня уносит.
Глава 15
Дарья
Разрываю поцелуй, надо сказать, очень настойчивый, прям развратный поцелуй и пытаюсь отстраниться.
— Дмитрий Александрович, — и на мои губы ложится палец мягко надавливая, и призывая замолчать.
— Мы договорились, на ты.
— Хорошо. Что мы делаем? Это не правильно!
— Кто тебе сказал это бред, — начинает улыбаться, а я хочу провалиться сквозь землю просто в эту же секунду.
— Ты чего-то боишься, меня или моих действий?
— Нет, просто не хочу больше наступать на одни те же грабли. Привязываться к человеку, который сделает больно, предаст.
— Эй, ты чего, — берет мой подбородок своими слегка шершавыми пальца и приподнимает так, чтобы взгляд был глаза в глаза.