Юрчик подошел практически к началу сеанса, он не переживал за то, что девушка будет его ждать. Он, в принципе никогда ни за что не переживал и никогда никого не жалел.
— Ну что, красотка, пошли смотреть фильму? — засмеялся Юрчик, засветив золотую фиксу на клыке. Юрий скользнул разок по глазом по женской фигуре в очаровательном наряде, но комплимента не сделал.
— Пошли, — заулыбалась Аня. Она поплыла под его бархатным взглядом. Он ее считает красоткой — это ли не счастье….
В кинотеатре Юрчик не особо церемонился, вел себя как хозяин зала. Он закинул ногу на ногу, заняв практически два места. У парня, сидящего рядом с Юрием не было выбора, как пересесть подальше от наглого товарища. Сам товарищ даже не удосужился снять кепку с головы, правил этикета он не знал.
Анна будто бы и не замечала странного поведения Юрчика, настолько ее привлекал он своей брутальностью, а именно эту его манеру поведения она считала таковою, и симпатичной внешностью, что смириться с некоторыми моментами ей было легко.
Во время фильма "Кин-дза-дза" мужчина громко комментировал события, происходящие на экране, хорошо, что хоть не по фени. "Ну тяжелая судьба у человека, что поделать. Тюрьма наложила отпечаток на его жизнь" — мысленно оправдывала его Анна. "Я смогу помочь его исправить" — мечтала девушка.
А ведь характер Юрчика был такой по жизни, а не испортился из-за отсидки в тюрьме.
Посмотрев кино, пара отправилась по домам:
— Тебе в другую сторону ведь? — спросил Юрчик Анну. Он даже не удосужился ее проводить, хотя на улице уже смеркалось.
— Я в Железнодорожном живу, — ответила Анна.
— Рубль есть? — сверкнул зубом Юрчик.
— Есть, — ответила наивная Анна.
— Давай тебя довезу до дома, только заплатишь, ну сам доеду заодно на, я тоже в железнодорожном живу, — Юрчик часто вставлял частицу "на" в свои предложения, благодаря чему ему удавалось общаться более-менее корректно без мата.
Юрчик поймал с руки такси. Анна заплатила за машину, они вышли вместе возле Аниного дома, Юрчик поцловал девушку в щеку, пожелал хорошего вечера "на" и ушёл восвояси, оставив девушку в мечтах.
Аня стояла у подъезда, на ее щеке горел поцелуй человека, которого она полюбила. Она была в тот момент в этом уверена, хотя сам Юрчик даже и не пытался понравиться девушке.
Через неделю у Анны был День рождения. Ей исполнилось двадцать три года. В тот день Юрчик зашел вовремя в отдел ОТК, когда девчонки пили чай с испеченным Аней тортиком. Он любил подобные мероприятия, ведь ему всегда на них переподало поесть.
— Ух ты, что за повод, — весело спросил он, взяв в руки самый большой кусок песочного торта с кремом.
— Ты хоть тарелочку возьми, измажешься же и руки помыл бы перед едой, — сказала Тамара, протягивая бумажную салфетку парню.
— Зараза к заразе не пристаёт на, — ответил Юрчик, — ну так что за событие отмечаете?
— Мой день рождения! — Анна покраснела, улыбнулась и стрельнула в сторону Юрчика глазками.
— Нюр, ну с праздником тебя. Желаю тебе всего всего и чтобы за это ничего не было, — засмеялся парень, обтер губы рукавом и принялся целовать в щёки девушку. У Анны сердце просто выпрыгивало из груди.
— Спасибо, Юра, — скромно ответила Аня.
— С меня это веник, короче цветы на, — Юрчик подмигнул свои правым глазом, улыбнулся фиксой и ушел из кабинета.
Анна стояла посреди комнаты в красивом небесно-голубом крепдешиновом платье с воланами на груди и загадочно улыбалась.
— С огнем играешь, девка, — вывела из мечтаний Анну Мария Куравина. Она была взрослой женщиной, лет тридцати пяти и многое уже прошла в жизни. Таких проходимцев как Юрчик она видела на сквозь.
Юрка Казаков был коренным Читинцем. Воспитывала его бабка, которая уже умерла, не пережив вторую ходку внука. Отец и мать пьющие, неблагополучные люди, об их местонахождении Юрчик не знал. Единственное, что имел мужчина, так это комната в коммуналке, где он был прописан вместе со своей бабушкой.
Бабушка прилагала все усилия, чтобы Юра не пошёл по стопам родителей. Повлиять на свою дочь тогда еще она не смогла, надеялась, что ситуация со внуком будет иной, но она ошибалась.