Год, когда всё это случилось, неизвестен, но некоторые детали говорят о том, что всё произошло в начале 1470-х, когда турецкий двор окончательно переехал в Стамбул.
Следующие годы, до самой своей смерти, поэт прожил в Бурсе. Умер в 1496-1497 году.
Что использовано в повести
В повести использована Версия N2 истории с пажом и дополнение касательно охоты. То, что паж занимал должность сокольничего, является предположением автора.
Роль Раду Красивого в этой истории - также допущение автора, но Ахмед-паша и Раду точно были знакомы, поскольку оба принадлежали к ближнему окружению Мехмеда.
"Твой рот как алый лепесток, моя любовь..."
В повести было использовано стихотворение (газель) Ахмеда-паши о тайной любви, переведённое В. Тихомировым. Обстоятельств написания этой газели мы не знаем. В переведённом варианте объект любви представлен как женщина или девушка, но поскольку в турецком языке нет грамматической категории рода, то фраза "сказала ты" может быть переведена как "сказал ты", то есть в оригинале пол объекта любви не ясен, а вся строчка могла бы звучать как:
Ты произнёс: "Ручья исток -- моя любовь".
Полный вариант стихотворения:
Твой рот как алый лепесток, моя любовь.
Тебя, как тайну, я берёг, моя любовь.
Слова могу я гнуть, как бровь, - и всё равно
Я о тебе скажу: "Цветок - моя любовь!"
Пред кипарисом слёзы лью, - бежит ручей,
Сказала ты: "Ручья исток - моя любовь".
Мишенью стала грудь моя для глаз твоих,
Для стрел твоих, о мой стрелок, моя любовь.
Я говорю: "Ахмед, люби, покуда жив!"
Я стар, но юн любви росток - моя любовь.
Как видите, если представить, что речь о мужском поле, стихотворение очень подходит к истории о паже, но ничего утверждать наверняка мы, конечно, не можем.
Касыда о помиловании
Начало "Касыды о помиловании", которое цитируется в повести, переведено по английскому тексту из книги Э. Дж. У. Гибба "История Оттоманской поэзии", том 2-й. Был переведён весь кусок, помещённый в книге, то есть четыре двустишия, но и их достаточно, чтобы понять суть.
Второе двустишие однозначно говорит о том, что у Мехмеда и Ахмеда-паши были сексуальные отношения, и что гнев Мехмеда в истории с пажом был вызван именно ревностью, а не чем-то иным:
Преступником зовётся ль раб, когда сам шахиншах его прощает?
Кровь на моих руках. А позволенье смыть её, не быть в позоре - милость.
Ахмед-паша, прося прощения у "шахиншаха", то есть у султана, говорит, что виноват в кровопролитии, а в поэзии Ближнего и Среднего Востока это очень распространённая метафора - возлюбленный своим поведением ранит влюблённого, заставляя плакать кровавыми слезами или истекать кровью.
Даже в стихах самого Мехмеда эта метафора встречается не раз. Например:
Стрелами-ресницами ранил ты меня.
Я о них тоскую, боль свою кляня.
Рву свою рубашку, ворот рву в печали,
А под тканью раны. Весь изранен я.
Получается, что в "Касыде о помиловании" Ахмед-паша называет себя жестоким возлюбленным, и это не могло получиться случайно. У поэтов такого уровня (лучший тюркоязычный поэт своего времени) не проскальзывает случайных смыслов. Ахмед-паша не дилетант и все смыслы просчитывал, поэтому, если он что-то сказал, то именно это и имел в виду.
Конечно, если вспомнить, кого Мехмед обычно выбирал себе в возлюбленные, кажется странным, что однажды выбор пал на человека, который был не младше, а даже чуть-чуть старше, но особо удивляться не следует.
Причина султанского интереса заключалась в том, что Ахмед-паша был не просто хорошим поэтом, но и крайне популярным. Его харизма была сопоставима с харизмой современной рок- или попзвезды, и сколько бы такой звезде ни было лет, всегда найдутся "фанаты", которые считают её желанным сексуальным объектом. Особенно если эти "фанаты" - ровесники звезды, а в нашем случае именно так и было.
Хасс Мурат-паша - юный карьерист