Тамаре и Илье Ивановичу она наказала, заботится о Виталии и не разрешать ему нервничать.
Всю дорогу до столичной клиники Вера провела в полудрёме. Просыпаясь, она мысленно разговаривала с мужем и старшим сыном и поглаживала руками живот, успокаивая маленького Гришеньку. Иногда ей казалось, что к её сердцу привязали нитку, и кто-то тянет за неё. Тогда женщина прикладывала руку к груди и уговаривала его ещё потерпеть.
Она благодарно смотрела на сопровождающих её медиков, которые непрерывно наблюдали за пациенткой. Вере мерили температуру и давление, делали инъекции. Она встревожилась, когда доктор Олег Егорович шепнул что-то медсестре Ольге и недовольно покачал головой.
Каталку быстро везли по больничным коридорам. Вера смотрела на мелькающие, на потолке лампы и шептала:
– Всё будет хорошо сыночек, уже скоро….
Когда Вера очнулась после операции, то увидела большую светлую палату и глаза, склонившейся над ней девушки в белой повязке.
– Сейчас. – Услышала она и вышла.
Через несколько минут Дмитрий Александрович уже радостно басил:
– Ну, вот и хорошо! Мы с вами Верочка Петровна большие молодцы! Нам удалось и здорового малыша родить, и сердечко вам подремонтировать. Ваш сынок Гришенька, двумя этажами ниже благополучно допаривается в боксе. Виталий Григорьевич рвётся к вам, но мы пока никого сюда пускать не будем, даже его. Я сейчас свяжусь с вашим супругом, пусть он посмотрит на вас и успокоится. – Увидев лицо Виталия на экране смартфона, женщина слегка улыбнулась и одними губами сказала:
– Люблю.
– Ну, вот и отлично, а теперь, моя дорогая вы будете много спать, а наше сердечко заживать. – Улыбнулся профессор.
Проснувшись, Вера немного полежала, а затем открыла глаза и радостно улыбнулась. Большая комната была залита солнцем, хризантемы, стоящие в вазе на столике, казались ослепительно белыми. Виталий теперь постоянно заказывал ей цветы. На прошлой неделе были красные розы. Боль в руке и под левой лопаткой была вполне терпимой.
– Как хорошо жить! Сегодня двадцатый день как я снова родилась на свет. – Подумала женщина.
Медсестра Ирочка, с которой Вера подружилась, по большому секрету, рассказала, что операция была очень сложной. По сути её просто спасали.
– Дмитрий Александрович шесть часов провёл в операционной, а когда вышел просто рухнул в кресло. Представляете Вера Петровна!
– Представляю. – Кивнула женщина и подумала, что она этого особо не ощутила. Первые дни провела во сне, а теперь было больно только на перевязках. Другая медсестра Наталья Борисовна тоже относилась к своей пациентке очень дружелюбно. Она говорила, что Вера Петровна самая терпеливая и вежливая среди их больных.
– Клиника дорогая. – Подумала Вера. – Наверное, у них тут лежат избалованные члены семей олигархов. Вот я на их фоне и кажусь такой вежливой. Как же там мой Гришенька? – Опять забеспокоилась женщина. – Говорят хорошо, но хоть бы одним глазком…. И так хочется, чтобы рядом был Виталий. Он бы взял за руку, поцеловал волосы…. – Подумала Вера и ощутила тепло внизу живота. – Точно, какая-то ненормальная! – Сделала вывод о самой себе женщина.
Позавтракав, она увидела вызов на экране планшета.
– Он! – Радостно ёкнуло уже почти здоровое сердце. Вера поправила волосы и лёгкий макияж, сделанный заранее, и нажала кнопку.
– Здравствуй любимый!
– Хорошо выглядишь! – Обрадовано сказал Виталий.
И чувствую себя намного лучше. – Улыбнулась Вера.
Муж рассказал ей о домашних делах, о пансионате, расспросил о процедурах, а потом спросил, что её беспокоит.
– Очень хочу видеть Гришеньку. – Поделилась женщина.
– Потерпи родная. Ветров и меня пока не пускает, наверное, получиться прилететь через недельку. Я так хочу поцеловать тебя. – Сказал мужчина и погладил экран.
– Я тоже тебя хочу. – Грустно ответила Вера.
– Кто у нас кого хочет?– Громко спросил, вошедший со свитой Дмитрий Александрович.
Щёки у женщины порозовели, но она подняла глаза и твёрдо сказала:
– Хочу мужа! Я его очень люблю!
– Хо! – Изумился профессор, но посмотрев на насупившуюся пациентку, поспешно добавил. – Вера Петровна, я не смеюсь, я хвастаюсь! Если конкуренты узнают, что наша пациентка через три недели после родов и сложнейшей операции на сердце хочет мужа, да они просто умрут от зависти. А вам Виталий Григорьевич, я завидую белой завистью уже второй раз. – Добавил Ветров, глядя на экран планшета.