Дин Юсон и Хо Гванчжэ прошли в кабинет. Неожиданно там оказался Рё Инчже, он играл с профессором в шашки.
— Поздновато однако же. Ну входите, входите. Я решил, что вам будет приятно встретиться с сыном.
Дин Юсону не терпелось заговорить с профессором о своей идее, но профессор, не отрывая взгляда от шашек, предложил:
— Вы пока побеседуйте с сыном, а мы тем временем доиграем партию.
Дин Юсон и Хо Гванчжэ уселись в сторонке.
— Ну, как поживаешь, Гванчжэ? Дает о себе знать ранение? — спросил Дин Юсон. Перед ним сидел пышущий здоровьем парень, которого когда-то доставили к нему в госпиталь с тяжелым грудным ранением. Тогда не верилось, что ему удастся выкарабкаться.
— Все хорошо. Будто никогда ничего и не было.
— Ну, я рад за тебя. Недавно в Пхеньяне виделся с Чо Гёнгу и с Гу Бонхи. Весь вечер говорили о тебе. Она все такая же живая, энергичная. Скоро, наверное, переберется поближе к тебе. Она хочет работать в нашей клинике.
— Да, я знаю, она мне писала об этом. — Хо Гванчжэ от смущения покраснел.
— Прелестная девушка! Прямо-таки красавица, — внезапно подал реплику профессор. Он хоть и играл в шашки, но, видимо, прислушивался к беседе друзей.
Воспользовавшись этим, Дин Юсон хотел было уже завести разговор о мучившей его проблеме, но профессор опередил его. Он, казалось, интуитивно чувствовал желание Дин Юсона поговорить с ним.
— Мне передавали, что вы с головой ушли в какие-то исследования. Похоже, остались верны своей студенческой страсти.
— Пока ничего серьезного… Только мечты… Но я… — Дин Юсон бросил взгляд в сторону Рё Инчже. — Меня сейчас волнует одна проблема, от решения которой, может, будет зависеть полное выздоровление Хван Мусона.
— Полное выздоровление? Это каким же образом?
Тон, каким был задан вопрос, покоробил Дин Юсона.
— Я намерен сделать ему пересадку губчатой кости, обладающей, как известно, высокими восстановительными свойствами.
— Что? Губчатой кости? — Профессор удивленно поднял брови.
— Еще когда я работал в военно-полевом госпитале, в моей практике был случай пересадки губчатого вещества раненому с дефектом черепа. Я считаю возможным этот метод применить и в данном случае. — И Дин Юсон подробно рассказал о сделанной им в свое время операции.
По мере того как Дин Юсон рассказывал, у профессора вытягивалось от изумления лицо.
— Трудно поверить в то, что вы рассказали. Как это у вас все просто получается. Но ведь здесь и не пахнет наукой.
— Профессор, но я еще тогда обнаружил, что губчатое вещество после пересадки превращается в компактное костное вещество.
— Ну нет, этого я не могу понять. А потом, не путайте череп с ногой. К тому же у Хван Мусона обширный дефект кости. До сих пор больные с таким дефектом считались неизлечимыми. Ну а если заняться только Хван Мусоном, как же быть с другими больными?
— Но, сонсэнним, речь идет не только об одном Хван Мусоне; партия обратилась к нам с призывом вернуть здоровье всем инвалидам войны. Я считаю, что мы должны выполнить этот наказ, чего бы это нам ни стоило.
— Все это так. Неужели вы думаете, что мне незнакомы указания партии? Но если бы можно было с помощью губчатого вещества вернуть здоровье таким больным, как Хван Мусон, тогда в мире почти не осталось бы калек. А вы оглянитесь! Более десяти лет прошло после окончания второй мировой войны, а сколько их даже в тех странах, где медицина находится на очень высоком уровне. Чем вы можете это объяснить?
— Профессор, выходит, в отношении Хван Мусона мы должны положиться на случай или отнять ему ногу? Я предлагаю иное. Так почему же вы против нового метода? Вы же знаете, что при пересадке компактного костного вещества успешный исход операций составляет не более пятидесяти процентов. Вот я и решил…
— Смешно, он решил, — перебил Дин Юсона профессор. — Решимость хорошая штука. Но я вот дожил до седых волос, не один десяток лет работаю хирургом, постоянно слежу за передовым опытом мировой медицины но впервые встречаю такого смельчака, который берется оперативным путем ликвидировать обширный дефект бедренной кости у больного Хван Мусона каким-то новым методом.
Профессора начало раздражать упорство Дин Юсона, и, чтобы успокоиться, он закурил.
— Дайте мне только время!..
— Юсон, надеюсь, вы не обидитесь, если я изложу вам прописные истины. Неужели вы считаете, что ни я, ни кто другой не знают, что губчатое костное вещество обладает более высокими восстановительными свойствами, чем компактное костное вещество? Об этом все знают. В этом его несомненное преимущество. Но есть и отрицательная сторона — его ограниченная прочность. Именно вследствие последнего губчатое костное вещество нельзя применять в качестве трансплантата при таком обширном дефекте кости, как у нашего больного. Его можно применять лишь как вспомогательное средство при закрытии дефекта, что и делается в передовой зарубежной медицине, — пытался профессор убедить Дин Юсона.