Вдруг раздался голос Гу Бонхи:
— Юсон, вон ваша мама! — И девушка бросилась на другой конец платформы.
Дин Юсон и санитарка Хусон побежали за ней. Хо Герим и Чо Гёнгу уже тоже торопливо шли по платформе.
— Ваша мама здесь, Юсон! Здесь! — кричал Чо Гёнгу.
Дин Юсон наконец увидел мать: она медленно шла с чемоданом на голове и с сумкой в руке. К ней спешили все встречающие. Дин Юсон искал глазами Сор Окчу, ведь она должна быть рядом с матерью. Но Сор Окчу не было. «Неужели не приехала?» Только сейчас он убедился, что мать приехала одна. Иначе она бы не несла сама чемодан и сумку.
Гу Бонхи подошла к приезжей первой.
— Матушка, разрешите взять у вас вещи, — сказала она, здороваясь с женщиной.
Мать Дин Юсона улыбнулась и передала ей сумку. Девушка взяла сумку и отошла в сторону. Тут к матери подбежал Дин Юсон.
— Здравствуйте, мама. — Он взял у нее чемодан.
Чо Гёнгу помог старушке спуститься с платформы по лестнице и вместе с ней последовал за Дин Юсоном, который подходил к Хо Гериму. Когда все сошлись вместе, Дин Юсон сказал матери:
— Вот, мама, профессор Хо Герим, заведующий кафедрой в нашем институте. Вы должны помнить его по Сеулу. Вы приезжали на свидание со мной и, оставшись в городе, останавливались в доме профессора.
Но тут Хо Герим перебил Дин Юсона:
— Не зря говорят: за плохим всегда идет хорошее. После стольких испытаний вы, наконец, соединились с сыном. Поздравляю вас. — И он сердечно пожал женщине руку.
— Спасибо. Вы нам очень помогли там, в Сеуле, а теперь здесь снова помогаете сыну… Да еще я свалилась на голову…
— Ну, какая это помощь? А вам, товарищ Юсон, теперь есть о ком заботиться. Ваша матушка заслужила спокойную старость.
— Разумеется, профессор, как же иначе? — ответил Дин Юсон.
Настала очередь знакомиться Чо Гёнгу. Он представился как заведующий отделением, где работает ее сын, затем познакомил с ней санитарку Хусон и Гу Бонхи.
— Бонхи? Я наслышана о тебе от Окчу. Она говорила, что ты обязательно будешь встречать меня на вокзале. Милая ты моя, — нежно поглаживая плечо девушки, сказала мать Дин Юсона.
— Мама, а почему Окчу не приехала? Она что, совсем не приедет? Как же она там одна?
— Не приедет. На то есть причины. Я потом тебе все расскажу…
— Вот и хорошо. Дома обо всем поговорите. А теперь пойдемте, — сказал Чо Гёнгу и взял женщину под руку, — вопрос о предоставлении вам квартиры, видимо, скоро решится, а пока поживете у нашей няни Хусон. Вы не против? — как бы извиняясь, спросил Чо Гёнгу.
— Квартиры? Разве это возможно? — удивилась женщина…
Первыми к небольшому домику, что стоял неподалеку от клиники, подошли Гу Бонхи и хозяйка дома. Широко распахнув двери, они поджидали, пока подойдут остальные.
— Дом у меня, правда, не ахти какой, но что поделаешь. Какой уж есть. Заходите, пожалуйста, гости дорогие.
— Вы это напрасно, очень хороший дом, — отозвалась мать Дин Юсона и, сняв обувь, прошла в комнату.
В комнате был идеальный порядок. Зеркально поблескивал деревянный пол, натертый кунжутным маслом. На стене висел коврик с вышитыми цветами магнолии.
Следом за женщинами вошли Чо Гёнгу и Дин Юсон. Хо Герим распрощался с ними у входа: он спешил в институт на совещание. Из кухни доносился звон посуды, там начали готовить ужин Хусон и Гу Бонхи. Мать Дин Юсона пересела поближе к двери и стал внимательно осматривать комнату. Потом она поднялась, взяла свои вещи и перенесла их на середину комнаты.
— Хозяюшка, Бонхи, подойдите-ка сюда на минутку, — позвала женщин старушка.
Хусон, вытирая руки о фартук, села рядом с женщиной. То же самое сделала и Гу Бонхи.
Старушка достала из чемодана коричневый шерстяной костюм и, протягивая его хозяйке дома, сказала: — Примите это, пожалуйста, от меня в знак благодарности за заботу о моем сыне. К сожалению, у меня нет лучшего подарка.
— Это мне? — удивилась Хусон, не решаясь взять такой дорогой подарок.