Демоница погладила руку Шанти и поднялась. Я посмотрела в окно, где как ни в чем не бывало светило беспечное солнце.
Изменившиеся интонации в голосе подруги заставили посмотреть ей в глаза:
– Вероятно, теперь Данту придется пройти обряд. – За этими словами осталось много невысказанного, и в воздухе летало ощутимое сожаление.
– Он сильно изменится?
Лилиан улыбнулась, но вспыхнувшие голубые искры на дне зрачков меня не обманули.
– Не сильно, но и прежним не останется.
– А ты?
– Мне, скорее всего, продлят свободу, ведь отцу еще рано передавать престол. Не бойся, ты ничего и не заметишь, – она подмигнула, пряча переживания в самых потаенных уголках души.
– Не боюсь, – я тоже улыбнулась. – Сомневаюсь, что после случившегося осталось нечто такое, от чего вы перестанете быть для меня теми, кого я когда-то узнала. Хотя Шанти говорил, что я просто не вставала у вас на пути.
Лилиан посерьезнела.
– Очень надеюсь, судьба нас никогда не противопоставит. Не хочу выбирать, – она задумчиво намотала на палец прядь волос и сама озвучила то, что я старательно избегала: – Спасибо тебе за Фенрира.
– Наверное, у тебя и у Данта был повод не верить ему, а я просто слишком наивная. Ничего не могу поделать со своим глупым сердцем.
– Глупым, – эхом откликнулась подруга. – Иногда стоит больше доверять сердцу, и в твоем случае это весьма показательно.
Она скользнула взглядом по дракоше и тепло улыбнулась. А я, раз уж Лили сама коснулась темы брата, все же спросила:
– Эрданур мертв?
Улыбка демоницы померкла, взгляд посуровел, на лбу залегла складка. Но она ответила:
– Да. Убить Темного лорда практически невозможно, тем более тому, кто слабее изначально. За его плечами сама Тьма. Брат выбрал единственный и весьма рискованный способ воспользоваться его уязвимостью в момент сдвига равновесных сил, удерживающих баланс миров Триквестра. Ни раньше, ни позже нечего было и мечтать, чтобы всерьез навредить дяде. А отец не мог оставить Царство.
Я кивнула: нечто подобное и подозревала. Чтобы подобраться так близко, Фенриру надо было действительно выбрать сторону отца даже в мыслях, глупо рассчитывать, что Эрданура легко провести. Восхитилась силой духа и выдержкой самого противоречивого из известных мне демонов. Надеюсь, мы с ним еще встретимся и… быть может, споем? Когда-нибудь.
– Ему сейчас нелегко.
Лили прекрасно поняла, о ком я. Я продолжила:
– Надеюсь, однажды вы сможете найти понимание.
– Я тоже, – одними губами произнесла демоница. И закончила мысль вслух: – Должно произойти что-то особенное в его жизни, чтобы он к нам вернулся.
Мы помолчали. А что тут скажешь? Если бы всё и всегда можно было исправить, улучшить, вернуться назад и вовсе не ошибаться, увы. У каждого свой путь.
Лили ушла, а я еще долго следила за неспешным движением пушистых облаков, заполняющих голубые просторы ясного неба. Мой путь в качестве простой человеческой девочки подошел к концу. На очередном перекрестке я выбрала дорогу, которая ведет в другой мир, и сворачивать с нее не собиралась. Это и мой мир тоже, теперь уже не в качестве гостьи. Больше не существует прежней Алистер Дейл. В Алистер Олиан Акатоши от человеческого осталось гораздо меньше, чем прежде: внутри меня жил самый настоящий дракон, сильный и свободный. И пусть он никогда не расправит собственные крылья, у нас есть тот, кто подставит свои.
Осторожно провела подушечками пальцев по скуле и губам любимого. Он научил меня летать и без крыльев. Невесомо поцеловала его и вновь посмотрела в окно. Предстоит выбрать новые цели и мечты, привыкнуть ко многим новым вещам и научиться жить среди драконов. Впереди предстояло немало трудностей, но я смотрела в будущее с улыбкой. Оно не пугало, оно завораживало бесчисленным количеством открытий и возможностей, о которых когда-то я не смела мечтать. И я не одна, у меня есть дом и семья. Разношерстная семейка, где найдется место и людям, и демонам, и, конечно, драконам. Я держала за руку свой рыжий якорь, и в душе царили свет и покой. Все у нас обязательно будет хорошо.