– У меня нет на вас обиды. Я многого не знала.
– Все же ты очень похожа на своих родителей.
Он долго молчал, а когда я собралась по обыкновению тихонько уйти, едва слышно произнес:
– Знаешь, мне стало спокойнее. Словно теперь уже окончательно закрылась дверь в прошлое, из-за которой раньше постоянно тянуло сквозняком. Я не обещаю, что будет легко и просто, но сделаю все от меня зависящее и помогу тебе адаптироваться, стать своей среди нас.
– Спасибо, для меня ваша поддержка много значит.
– А для меня много значили те, кто теперь, надеюсь, уж наверняка обретут покой.
Я кивнула и выскользнула за дверь, больше мы с отцом Шанти не откровенничали.
В коридоре послышались шаги и голоса, я навострила уши. Сердце забилось чаще, мне не нужно было спрашивать и уточнять, оно и так почувствовало: Шанти вернулся. Я подскочила, опрокидывая стул, и помчалась к своему рыжуле. Мимо меня прошли два знакомых дракона в белых халатах, один из них подмигнул. Обнадёженная, влетела в палату и в растерянности замерла. Здесь было тихо и пусто. Антара, видимо, ушла раньше, чем любимый очнулся, лекари тоже закончили. Но где же сам Шанти? Мятая подушка еще хранила следы его недавнего присутствия. Справа послышался тихий плеск воды, и я рассмеялась, чувствуя себя самой счастливой во всех трех мирах.
Ну конечно, где же ему быть, как не в ванной. Первым порывом было отправиться туда же, но, подумав, я решила не беспокоить дракошу, зная о его любви к водным процедурам и чистоте. Подошла к окну и распахнула створки, впуская в помещение свежесть дня, наполненного ароматами цветов. Глубоко вдохнула и добавила от себя дождливых ноток. В нетерпеливом ожидании присела на кровать. Поболтав ногами, от нечего делать соткала из воздуха несколько крошечных ураганчиков и устроила между ними соревнование по перемещению оброненного листа бумаги. Увлекшись, не сразу заметила, как Шанти замер в дверном проеме и наблюдает за мной.
Любимый не сводил с меня немигающего взгляда и выглядел изваянием, тогда как внутри него кружился вихрь из невысказанных чувств. Мои ураганчики мгновенно развеялись, как только я потеряла концентрацию. Нас обдал порыв ветра, растрепав волосы. Шанти поежился и улыбнулся, шагнул мне навстречу. Я купалась в ласковых лучах своего личного солнца, нежно оглаживающих и душу, и сознание, при этом так и не смогла заставить себя пошевелиться. Казалось, невидимый каркас, который помогал сохранять хладнокровие всю прошедшую неделю, разом испарился, и теперь, если меня задеть – рассыплюсь на крошечные осколки, не выдержав напряжения. Нам не нужны были слова: мы знали прошлое, мы чувствовали настоящее.
– Я вернулся, – хрипло произнес Шанти, окутывая теплом объятий.
Уткнула нос ему в грудь, вдыхая родной запах и расслабляясь. Вцепилась в свой якорь, чтобы уже больше никогда-никогда не потерять. Теперь не осталось серьезных помех для того, чтобы с улыбкой и без страха смотреть в будущее. Общее будущее. В одном направлении. Вместе.
– Я очень тебя ждала, – прошептала, ощущая, как на глаза наворачиваются слезы.
– Знаю, – выдохнул он и сжал крепче. – Я чувствовал твое присутствие рядом все это время. Там было холодно, а ты грела.
– Ты все помнишь?
Он почувствовал мою дрожь и, чуть отстранившись, поцеловал влажные ресницы. Медленно провел пальцами вдоль шеи, спустился ниже и положил ладонь на грудь там, где сбивалось с ритма сердце.
– Не все, – голос любимого вибрировал, наполненный невероятной энергетикой. – Тебя помню. Ты заплатила высокую цену.
Я всхлипнула от нервного смешка.
– Ошибаешься. Всего лишь обменяла магический светлячок на настоящее солнце.
Какое-то время мы упивались близостью и прислушивались к тому, что творилось в душе у пары. Абсолютное, ничем не замутненное счастье затапливало, грозилось выплеснуться за пределы телесной оболочки, за пределы палаты, за пределы целого города. Мы оба перевоплотились в сильфидов и теперь обменивались мыслеобразами. Так правильно и так естественно. Потянулась к губам Шанти, легкое касание – и в ответ в голове прозвучало тихое:
– Что ты хочешь спросить, родная?
– Станцуешь еще раз со мной среди ветров?
Смех, наполненный разнообразными оттенками радости, искрился подобно искусно ограненному алмазу.
– Разве могут быть сомнения? Конечно же я подарю своей маленькой, особенной драконице любой из танцев, какой она пожелает.
– А если она пожелает что-то большее? – улыбнулась я.