"Дела у нее, черт возьми!" - тихо застонав, мужчина уронил голову на руки.
- Черт, да это же полная чушь! - воскликнула София, глядя в только что прочитанный документ.
- Чушь, не чушь, но составлен грамотно, даже не подкопаешься! - ответил совершенно спокойно Николай Владимирович.
- Я не понимаю! Дядь Коль, как так можно?!
- Довольно просто Сонечка. Тут замешены такие деньги.... Ты не переживай! - поторопился успокоить Красильникову мужчина. - Мы с тобой уже сделали самое главное. Да еще у меня имеется интересная запись,... которая уже решила все проблемы.
- Откуда? И что за запись?
- Очень полезная. Так что можешь спокойно выдохнуть - Пашку ей у тебя не забрать!
- Я не понимаю! Объясните толком!
- Давай я лучше покажу, чтобы ты точно успокоилась.
Мужчина подошел к стенке, в котором расположился телевизор с видеомагнитофоном. Достав из рядом стоящего сейфа маленькую кассету, он ставил ее и нажал на воспроизведение. На экране зарябило изображение и показало просторный, дорого обставленный кабинет. За большим столом заваленным бумагами сидел представительный мужчина и листал какие-то бумаги. Напротив него сидела девушка - Диана.
- Вы понимаете, что выиграть это дело почти нереально? - раздался голос мужчины.
- Да за те деньги, что я вам заплатила должно быть реально все! Вы лучший адвокат!
- Я лучший в своей сфере. Но вы ошибаетесь в одном - деньги решают многое, но не все!
- Это вы ошибаетесь! Мне нужен ребенок! Он не женится на мне без него!
- А вот с этого места, любезная я прошу по подробнее! - мягким заискивающим голосом попросил адвокат.
- Да какая вам разница! - вспылила девушка. - Если вы не выиграете это дело, я вас сама засужу!
- А вот угроза девушка была лишняя!
Дальше шел отборный мат со стороны Дианы, которая, не совсем контролируя себя, назвала фамилию одного высокопоставленного человека. Именно за этого человека она собиралась выйти замуж, но у того было странное условие - ребенок! Конечно, всего этого Диана не говорила, это потом выяснил Николай Владимирович.
- Ну что успокоилась?
- Как... как вам удалось раздобыть эту запись?
- Думаю, тут сама судьба помогла нам. Этот адвокат, когда-то являлся моим стажером, но в прокуратуру он не пошел, выбрал другое направление. Как видишь, после такого представления, он отказался работать с ней, а ко мне пришел посоветоваться на счет ее дела. У парня взыграл интерес, а тут такая удача...
Девушка не могла поверить, что буря миновала. Руки слегка подрагивали, но на душе стало спокойнее.
- Спасибо!
- Да не за что Сонь! Обращайся. Да и просто не забывай! - мужчина обнял девушку. - Ты только сейчас чуть-чуть повнимательней будь, как бы это стерва последних мозгов не лишилась. - София подняла непонимающий взгляд на друга семьи. - Мы копию записи отослали ее жениху.
- Зачем?
- Так надо малышка. Просто поверь - так нужно было сделать.
- Хорошо.
Жизнь странным образом, но все же вошла в спокойную колею. Ну почти в спокойную. Спокойствием могли похвастаться Денис с Александрой, которые наслаждались проведенными вместе минутами и не торопили друг друга ни в чем. Руслан же с Софией легко находили момент для страха, неуверенности и прочих мешающий чувств. Руслан чувствовал, что девушка отстраняется от него, но не знал, что с этим делать. Мужчина уже не раз пытался поговорить с ней, только это ни к чему не приводило! Больше всего Лисецкому не давал покоя случайно услышанный разговор Сони по телефону. Всего одна фраза, которая могла предназначаться кому угодно - "И тебя люблю, Паш!". Кому угодно только не Русу....
В тот день мужчина едва удержался, чтобы не начать допрос, но что он мог ей предъявить? Ничего! Софи могла сказать эту фразу кому угодно - отцу, брату, другу, да любому родственнику мужского пола! Любому! Лис ведь так и не смог раскрыть ни одной тайны девушки!
Выходной. Поистине чудесное слово!
София наблюдала за сыном, который играл с чужими детьми на детской площадке. На душе у девушки было неспокойно, но причину тревоги она понять не могла. Казалось, что скоро все измениться, но вот только в какую сторону грядут перемены? Очень хотелось, чтобы в правильную, хорошую и счастливую.... Разве она мало вынесла за свою жизнь? Разве она недостойна маленького кусочка счастья, что позволит, наконец, вздохнуть полной грудью и расслабить плечи? Неужели ей так и придется всегда быть в напряжении и за простую улыбку, потом долго плакать и раскаиваться? Если верить поговорке, которая утверждает, что жизнь это чередование черных и белых полос, то можно горько вздохнуть - Соня идет вдоль черной в то время когда надо пересекать ее!
- Привет! - к Софии подошел приятный мужчина в светлых джинсах и оранжево-черной футболке.
- Паша?
Соня недоверчиво посмотрела на мужчину. Высокий, статный, знающий себе и окружающим цену. Кириллов Павел был вторым близким другом Сергея. Они втроем - Сережа, Паша и Аскольд дружили с детства. А Кириллов стал еще крестным своему тезке. Вот только редко бывал он рядом, постоянные разъезды по командировкам, а в последнее время и вовсе жил за границей.
- Прости. Я только вчера приехал. Не знал.
- Ничего. Все нормально.
- Как ты? - вопрос растеребил рану, которая никак не хотела переставать кровоточить. А в последнее время и вовсе словно загноилась. Хотя этому есть логичное объяснение...
- Нормально Паш. Нормально, - как заклинание произнесла София.
- Сонь, смириться надо...
"Вот зачем? Зачем эти слова? Мне же и так нелегко! Я не требую жалости и сострадания к себе, просто прошу не трогать эту страницу жизни!" - про себя взмолилась София и ответила Павлу вслух.
- Как? Паш, с этим нельзя смириться! С эти только можно научиться жить. А у меня пока не получается! - вышло немного грубовато, но разве можно контролировать себя, когда внутри все сжимается от боли?
С глаз девушки полились слезы, которые остановить было невозможно. Слишком много навалилось сразу, не давая вздохнуть. Слишком много пришлось пережить заново.
Мужчина притянул к себе девушку и успокаивающе погладил по голове. От этого простого и какого-то детского жеста Соня чуть-чуть успокоилась.
- Спасибо тебе...
- Не за что. Я правда виноват перед тобой...
- Паша, не говори глупости! Сейчас ты рядом и это важнее...
- Извините, прикурить не найдется? - к ним подошел мужчина, который показался Софии смутно знакомым.
Павел не курил, а вот Соня последнее время снова отдалась во власть вредной привычки. Поделившись огнем, Соня повернулась к Паше и не заметила, как мужчина попросивший прикурить с легким презрением в ярко-зеленых глазах посмотрел на нее, перед тем как уйти.
- Я заезжал к Сергею...
- Не говори о нем, словно он еще жив!
- Неужели ты себя до сих пор винишь?
- Я виновата перед ним! - девушка замолчала, но через минуту подняла глаза на собеседника и тихим голосом проговорила: - Пашка уже каждый день спрашивает об отце, и он имеет права знать! А я не могу сказать! Понимаешь, не могу! Вчера я ему дала фотографию Сергея, но попросила пока ничего не спрашивать, он согласился.... Паша, он сегодня спал с этой фотографией! Я теперь не могу смотреть в глаза сына, они же такие же, как у Сережи. Я ожидаю увидеть в них злость и обвинения, но там только любовь!
- Соня, ты не виновата! И с чего ты решила, что в его глазах должны быть подобные эмоции?
- Должны быть. Если бы не мой звонок, он мог быть сейчас рядом с сыном!
София закусила губу и попыталась взять себя в руки. Она знала, что настанет момент, когда Паша задаст этот вопрос, но почему-то надеялась, что он будет как можно позже! Ей не хотелось врать ребенку, но первый же вопрос Пашки об отце вызвали адскую боль в душе. Воспоминания нахлынули, как лавина, снося все возможные барьеры. Соня вспомнила каждый день, в котором был Сергей. За этими воспоминаниями потянулись другие. Если до этого девушка листала спрятанный от сына альбом и просто чувствовала грусть, тоску и давящую пустоту внутри, то от слов мальчика она чуть не закричала. Девушка просто не знала, как сказать сыну об его папе и это разъедала все внутри хуже всякой кислоты.