Возможно, нам следовало повременить с близостью, но теперь, когда между нами почти не осталось секретов, это было само собой разумеющееся. Эта ночь должна была не только навсегда скрепить наш брак, но и положить начало созданию счастливой и большой семьи.
Горячая ванна с апельсиновой водой смыла с меня грязь и немного уняла внутреннюю дрожь, которая нередко сотрясала тело. Целебная мазь лорда Кительвана сотворила чудо с моими коленями – ссадины почти затянулись и лишь немного пощипывали от мыла. Не досаждало больше и левое плечо, на которое пришелся первый удар, правое же продолжало тихонько ныть. Однако оно не помешало мне надеть красивую ночную рубашку, сквозь тонкую ткань которой отчетливо виднелись очертания моей фигуры.
Я тщательно расчесала волосы и придирчиво посмотрела на себя в зеркало. Бедра у меня были довольно округлыми, талия относительно узкая, грудь не маленькая и не большая. В самый раз! Возможно, это было не так, но подобные мысли унимали волнение.
Лекарь сказал принять пять капель после… А что случится, если я выпью зелье до?.. Хуже ведь не будет!
Глава 9.3 Брачная ночь
Несмотря на предпринятые меры, напряжение внутри росло, подобно снежному кому. Возможно, именно поэтому я вздрогнула, когда дверь в спальню открылась и на пороге появился Дэниар. Заметив мою реакцию, он нахмурился, однако ничего не спросил. Наверное, и без слов все понял.
– Я запечатал для надежности двери и окна. Поэтому можно не волноваться, что кто-то побеспокоит нас этой ночью, – подтвердил муж мою догадку и поспешил скрыться в ванной комнате.
Он не стал раздеваться в спальне, как делал раньше. Казалось, Дэниар пытался сберечь тем самым остатки моего самообладания. Только зря. Оно стремительно покидало меня. Я не решилась забраться в постель и продолжила дожидаться мужа на маленьком диванчике со множеством мягких подушек.
Пожалуй, прошла вечность, прежде чем Дэниар вернулся в спальню и закрыл за собой дверь. Его бедра были неизменно обернуты махровым полотенцем. Муж неторопливо, с грацией крадущегося хищника, преодолел разделяющее нас расстояние и удобно устроился рядом со мной. Сердце тотчас едва не выпрыгнуло из груди. От Дэниара исходил приятный аромат сандалового дерева, который слегка кружил голову, однако полностью расслабиться у меня не получалось.
– Знаю, Айрин, тебе страшно, – его голос звучал мягко и даже успокаивающе. – Но не стоит бояться. Ты доверяешь мне?
Я проглотила подступивший к горлу комок и просипела:
– Целиком и полностью.
– В таком случае забудь обо всем, что слышала раньше. Я не стану на тебя набрасываться и буду предельно осторожен, – муж опроверг высказывание целителя о несдержанности молодых людей, подобных Дэниару. – Умение владеть собой – одно из приобретенных мной навыков.
Он протянул руку к моей щеке и нежно погладил ее. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, прогоняя прочь панику, и вновь посмотрела на Дэниара.
Капельки воды драгоценными камнями сверкали на загорелой груди мужа. Внезапно мне захотелось провести ладонью по его золотистой коже, ощутить под рукой упругие мышцы, задержаться на плоском животе…
– Можно я прикоснусь к тебе?
– Только если тебе этого хочется, – хрипло отозвался Дэниар.
Огонь, полыхнувший в его потемневших глазах, придал мне решимости. Я придвинулась к мужу и положила обе ладони ему на плечи. Несмотря на многочисленные шрамы, его кожа напоминала бархат, натянутый поверх стали, и была приятной на ощупь. Дюйм за дюймом мои руки прокладывали дорожку вниз, поднимались вверх, нежно поглаживали бугристую грудь и вновь устремлялись к животу. Увлеченная неспешным изучением, сама не заметила, как мои пальцы оказались у полотенца.
Румянец незамедлительно опалил щеки. Я подняла голову и увидела в глазах Дэниара бушующее пламя. Его грудь поднималась от тяжелого прерывистого дыхания, как если бы муж в одиночку разгрузил почтовую карету. Неужели на него так подействовали мои прикосновения? Желая проверить, я коснулась пальцем края полотенца…
Дэниар тотчас подался корпусом вперед и заключил мое лицо в ладони. Мучительно долгое мгновение мы неотрывно смотрели друг на друга, а затем муж коснулся губами моих губ. По телу пробежали приятные импульсы, побуждая меня вступить в игру, однако я продолжала изображать из себя бесчувственную куклу и прислушиваться к ощущениям.