Обхихикаться и только.
Сам художник собирался прибыть в столицу прямо перед вернисажем специально выстроенным магическим порталом. Учитывая громадное число неожиданностей, все вероятности происхождения которых было невозможно просчитать, этот ход скульптора рассматривался мной как действительно разумный.
...Пялюсь в телефон. Мгновение, второе, третье. И скриплю зубами.
По-тихому, конечно, скриплю и телом стараюсь особо не напрягаться, ведь разбужу тогда подругу. Но злюсь и злюсь от души.
Все дело в том, как появится художник на мероприятии.
Изначально был согласован план, главной целью которого являлась минимизация любых рисков. По нему Маэшт инкогнито прибывает в музей, скульптура выставляется на подиум, накрывается охранным куполом и трепетно оберегается отведенное на экспозицию время.
И вот теперь последовали новые вводные!
Господин скульптор изволил устроить из своего присутствия в столице шоу-программу с торжественным шествием от площади Семи Фонтанов до Главного музея искусств. Естественно с "Сердцем Пустоши" в руках.
Шахр!.. Работать с самовлюблёнными психами становится накладно для карьеры. Такими течениями сфера искусств выступит могилой для моей репутации, и нам придется расстаться.
И с культурой. И с карьерой.
Обеспечивать защиту статичного объекта - это одно, отвечать за динамичную систему - я бы не подписалась. И моя удаленность от предмета охраны является в данном случае наименьшей трудностью.
...Телефон вновь ловит сигнал входящего сообщения, на этот раз пишет Гуже: "Есть разговор".
Могу себе представить его восторг, когда он получил то же сообщение от заказчика, что и я.
Обсудить нам действительно есть что, поэтому пишу ответное послание: "Минута", осторожно сползаю с кровати и покидаю комнату. Уверена, Майка спохватится в ближайшее время, а значит, да здравствует какао и зефирки.
Двинула на кухню, чтобы сварить напиток. Плита, сотейник, холодильник. Звонок от напарника встретила уже с молоком в руках.
- Ну? - чуть гнусавый голос старшего Ливансса прозвучал хрипло.
- Совсем не спал? - вежливо поинтересовалась я у долговязого.
Брат Майки - не самый традиционный представитель стаи тигров. Для городских жителей это нормально, ведь в более тесном пространстве смешение крови и атрофия стайных привычек идут более быстрыми темпами. Гуже - двадцать пять, но больше восемнадцати не дать, особенно, когда он впихивает себя в любимые майки с плюшевыми мишками ярких цветов. От него вечно пахнет сладкой шипучкой и мармеладками. Высокий, щуплый парень с красно-рыжей макушкой, рябыми впалыми щеками и глазами цвета коры гоаре - это дерево имеет золотисто-зеленые оттенки, слоями нашлепанные по всей длине прочного ствола.
Старший Ливансс - нескладный в быту и невероятно ловкий в сети. Его ник - Юрок. Мой, кстати, - Мышь.
Да-да, уж не знаю, что там за чуйка у Микаэля Грюнно, но, обращаясь ко мне как к злобной мыши, он был, в общем-то, совсем не далек от истины. Вот только злобной я предпочитаю быть с оппонентами. Надо будет, и шерсть иголками вздыблю, под кожу заберусь, чтобы пучить все движимое и недвижимое до полной победы над врагом.
- С таким заказчиком, - прогундосил Гуже, - мы заработаем лишь на вечный сон. А заупокойная молитва пойдет премией.
- Что ты, господин Маэшт и премия?! - меня буквально передернуло от представления жертв, ценой жизни которых стало бы премирование художником. - Скорее он с нас гонорар стребует! Посмертно. Так сказать, за милосердное участие в нашей несуразной судьбе. Мы ж его стараниями уйдем знаменитыми. Покинуть жизнь на громком торжестве самого Маэшта и его "Сердца Пустоши". Это ж сенсация! Да желающих повторить наш подвиг будут тысячи!
Гуже хмыкнул, вздохнул, приободряясь, и продолжил:
- Так, может, нам запатентовать сей убийственный ход в пылу рабочего угара, пока другие, особо находчивые, не хватились. Глядишь, ещё и проценты получать будем на долгие годы вперёд.
- А за каким буреломом тебе деньги, если ты в этом мире уже нежилец будешь?
- Так Майка-то останется!..
И как я могу упускать из виду столь значимый жизненный ориентир?!