Наконец, синеглазый властитель, видимо, притомился пялиться на убогое зрелище, шикнул на меня и с тяжёлым вздохом уточнил:
- Не пойму твоей реакции. Ты не согласна с моим утверждением или тебя тупо заклинило?
- Не могу знать, каково это, - выдала я и залилась красным цветом. Стыд? Скорее, некоторое чувство вины перед ним, вот только извиняться я себе не позволю.
- Мне такой смеси веществ пробовать не доводилось. - Я извиняюще развела руки в стороны. Итог все тот же: газировка течет вниз, облезлый кот скалится, шипит и рычит.
Ему бы на бешенство провериться. Пренеприятнейшее, говорят, заболевание. Слюнопускательное и зубодробительное.
- Тащи сюда свое дешёвое пойло, помоги напиться и лезь обратно в свой угол, серая мышь!
- Сам ты, кот-обормот!
Решительно подошла, впечатала в мужской рот жестяную банку и принялась наблюдать, как цветная жидкость исчезает в недрах точеного организма.
- Или проглот?.. - вслух стала рассуждать злая я, подбирая наиболее точную метафору для этого шерстяного мешка с костями. - Кот-кашалот? Озабот? Редкий жмот? Ооооо, кот - дерзкий рот! Много пьет и орет!
Глава 2.2
Конечно же, Ловкач Мик не выдержал моего поэтического напора и выплюнул шипучку себе на брюки. Наверняка, шитые на заказ и жутко дорогущие.
Вот так оказия...
Все же мой гость вел себя больше как кот - дырявый рот, о чем я не постеснялась ему сообщить.
Грюнно утирал лицо, грудь, смахивал сладкую жидкость со штанин и разноформатно ругался сквозь стиснутые зубы, а я довольно потирала руки и наслаждалась представлением.
После череды грозных взглядов и нескольких прямых посланий меня в качестве вестника разрушений в дали дальние на тропы нехоженные, куда приличным барышням не то, что ступать воспрещается, даже помыслить в этом направлении черевато общественным порицанием, я отставила жестяную банку с напитком на подоконник и направилась к старому шифоньеру с перекошенной дверцей. Близко к пленнику уже не подходила, мало ли, что взбрело бы в его темную взбудораженную пузырьками газировки голову.
Достигнув цели, я опустилась на пол и нащупала узкий лаз между шифоньером и облезлой стеной. Знаете, пихать руки в темные дыры - это вот совсем не мое. Неприятное такое ощущение складывается, тревожно-скребущее, как острыми когтями по стеклянному куполу благополучия. Однако, сейчас в тайнике находилась заготовленная для меня сменная одежда, поэтому пришлось справляться с личной мнительностью и совать кисть, куда попало.
О небольшом схроне мне рассказала Фортуна, она была здесь двумя днями ранее и потайное место выбирала исходя из имеющихся возможностей.
Я шарила вслепую, проталкивая руку все дальше и дальше. Узкие рукава опостылевшего свадебного платья впивались в нежную кожу на плечах, тугой корсет бессовестно давил грудную клетку, и я с чувством проходилась крепкими выражениями по чуду дизайнерской мысли, никаким местом непригодному в быту.
Подарок жениха, чтоб его...
- И чем же тебе платье не угодило? - голос Грюнно ударил в меня похлеще любого электрошокера. Мягкое скольжение атласной кожи по низким нотам, хриплый шорох ворочающейся под ногами гальки. Прямо ходячая угроза для невинных девичьих организмов.
- То ещё удовольствие, - сцепив зубы от жуткого неудобства, выдала я и пропихнула руку по самое плечо в тесную пыльную дыру.
А ведь там помимо микроорганизмов могли присутствовать и существа габаритами покрупнее: мыши, пауки, мокрицы и прочие членистоногие.
Бррр!..
Как выразился чуть ранее этот темноволосый мужик - мердош!
- Много ты знаешь об удовольствии, - долетела до моего слуха его болтовня. - Вот я сегодня удовольствие точно получу, причем с твоим участием.
Шандарахнула шибко борзого мужика недовольным взглядом - мне в ответ прилетела колючая усмешка. Она еще сильнее обострила черты лица опасного в своей ложной незаинтересованности мужчины.
- Не зря говорят, что черные кошки приносят несчастье.